Райли тем временем вводил доктора Морроу в разговор: спрашивал о квалификации и опыте, утверждая его статус эксперта и внушая присяжным, что его слова — бесспорные факты. Я повернулся к Гарри и прошептал так, чтобы Ванесса не услышала:

— Только сейчас заметил: в списке свидетелей нет никого из семьи жертвы. Одни коллеги.

— У Райли меньше опыта, мог и не подумать, — так же тихо ответил Гарри.

— Он достаточно хорош, чтобы знать свои слабые места. Здесь что-то не так.

Гарри нахмурился, откинулся на спинку стула и провел пальцами по седым волосам. Так он часто делал, когда думал.

Вдруг подался вперед, схватил папку и быстро залистал страницы. Я прислушивался к Райли и Морроу: они все еще обсуждали службу врача в городе. До сути не дошли. Ванесса слушала свидетеля, лишь мельком взглянула на нас с Гарри, проверяя, чем мы заняты, и вновь обратилась к выступлению.

Гарри вырвал из папки лист и протянул мне.

— Ты прав. Картина не складывается.

Документ занимал один абзац. Показания патрульного, побывавшего на месте преступления, офицера Гарсии. Тот сообщил, что сопровождал Элисон Карим в морг, где она опознала останки Молли Грин по телосложению, приблизительному росту и небольшой татуировке дельфина на левом запястье.

— Ни слова о том, чтобы Гарсия попытался найти водительское удостоверение, запись о рождении или родственников, — прошептал я.

— Может, искал, но ничего не нашел. Мы почти ничего не знаем о девушке, Райли тоже не исследовал ее жизнь.

Все было слишком странно. Не совпадение.

Я написал Лейку, попросив поискать Молли Грин в открытых базах, включая сведения о семье. Полиция Нью-Йорка наверняка пыталась найти родственников, это обычный порядок. Но Гарсия не упомянул об этом ни в отчете с места преступления, ни в записи об опознании тела.

Лейк ответил, что займется.

— Что думаешь? — спросил Гарри.

— Три варианта. Полиция не сделала свою работу, Райли плохо проверил дело или им не удалось ничего найти.

— Как это понимать? Хоть что-то они бы нашли.

— Если только Молли Грин не та, за кого себя выдавала. Что, если она устроилась к Патрику Вандерпулу под чужим именем? Если у нее была иная цель? Убийство может быть связано не только со скандальным романом.

— Доктор Морроу, вы исследовали тело погибшей по этому делу, Молли Грин?

— Да. Я провел полное вскрытие…

Морроу наконец перешел к сути. Я сосредоточился на его словах и постарался отодвинуть мысли о Молли Грин. В этом деле ничто не было простым.

На большом экране перед присяжными появился снимок.

Обезглавленное тело молодой женщины.

Несколько присяжных ахнули. Некоторые отвернулись, потом заставили себя вновь взглянуть.

Снимок появился без предупреждения. Райли не попытался подготовить их, не извинился за зрелище, оставшееся после жестокого убийства. Он знал: большинство присяжных, если не все, унесут его с собой в могилу. Еще долго после суда, закрывая глаза ночью, будут видеть молодую женщину на стальном столе.

Именно этого он хотел. На это рассчитывал.

Райли собирался их потрясти.

И добился своего.

Я услышал, как Ванесса тихо шмыгнула носом. Только тогда заметил слезы. Лицо мокрое, скорбь и чувство потери написаны на нем. Обычно я велю клиентам никак не реагировать в зале суда. Сохранять спокойствие, а реагировать оставлять мне.

Но этого скрыть было невозможно.

Именно этого не хватало обвинению: подлинного горя, сочувствия.

Некоторые присяжные посмотрели на Ванессу.

Они пытались понять: она плачет потому, что знакомую ей женщину убили и изуродовали? Или с ужасом и стыдом смотрит на дело собственных рук?

Она плачет по Молли? Или по себе?

Гарри протянул ей платок, и она промокнула покрасневшие глаза.

— Доктор Морроу, какова, по вашему экспертному мнению, причина смерти?

Я наклонился вперед и внимательно слушал.

С его точки зрения возможен был лишь один ответ, тот же, что содержался в предварительном заключении. Он должен сказать, что смерть, вероятно, была насильственной, но установить ее точную причину невозможно. Это было единственное разумное профессиональное мнение.

Доктор Морроу перевел взгляд с Райли на присяжных и обратился прямо к ним:

— Вероятная причина смерти — травма черепа от удара тупым предметом.

Райли не удержался от самодовольной улыбки в мою сторону.

Вот теперь игра началась по-настоящему.

Глава 42

Лейк

Делать два дела сразу Габриэл Лейк не умел.

Он смотрел в экран ноутбука, лежавшего на руле его «Понтиака Ацтек».

Потом переводил взгляд вперед, на дом Джулиана Вандерпула.

Никакого движения. Отец и сын уже несколько дней сидели внутри вместе с охраной и управляли шумихой в прессе. Судя по количеству статей в принадлежащих Джулиану газетах, сюжетам на его телеканале и тысячам ботов и троллей, непрерывно распространявших ненависть и теории заговора в соцсетях, Ванесса Вандерпул стала самой ненавидимой женщиной Нью-Йорка, хладнокровной убийцей.