— Будь твоя воля, мы бы вообще никаких дел не брали.

— Будь моя воля, мы не брались бы за дела, из-за которых влипаем в неприятности. Денег было бы меньше, зато и шрамов тоже. Может, и людей в команде было бы больше.

Недавно из фирмы ушла моя партнёрша Кейт Брукс.

Справедливость в Америке обходится недёшево. И я не о гонорарах адвокатов. За справедливость расплачиваешься частицей души. Кейт поступила правильно, заплатила свою цену и теперь хотела побыть одна, прийти в себя. Она хороший человек: честная, искренняя, верная и один из лучших адвокатов своего поколения. Можно считать, что для защиты обвиняемых она подходила идеально. Или не подходила совершенно — смотря как взглянуть. Она справлялась с работой лучше меня, но никогда не хотела переступать черту.

Весы правосудия в этом городе перекошены. На стороне обвинения и вес, и рычаги. Иногда, чтобы уравновесить чаши, приходится слегка гнуть закон.

Кейт Брукс правила не гнула. Поэтому пока она не работала адвокатом.

— Если человек невиновен и ему нужна моя помощь, у меня нет выбора, Гарри. Это мой долг.

— Выбор есть всегда. Когда-то ты ошибся. Взявшись за то дело, ты не знал, что клиент виновен. С тех пор таскаешь эту историю на плечах, словно наковальню. Пора её сбросить, парень. Всех не спасёшь.

— Могу попытаться.

— И однажды потерпишь неудачу. С этим тоже можно жить.

— Но не сегодня. Пойдёшь со мной знакомиться с клиенткой?

Гарри отложил сэндвич и отпил воды.

Кларенс ткнулся ему в ногу. Гарри поставил на пол всю тарелку с ветчиной и гладил пса по спине, пока тот ел. Я помнил, как Кларенс появился у Гарри. Не могу сказать, что Гарри нашёл его на улице: с тем же успехом можно утверждать, что это Кларенс нашёл Гарри.

— Она Вандерпул, Эдди. В этой семейке невиновных нет.

— Она вышла за одного из них. Не урождённая Вандерпул.

— Тем хуже. Представь, что она добровольно вошла в эту семью.

— Необязательно разделять её политические взгляды или взгляды мужа, чтобы ей помочь. Мне кажется, убийство совершила не она. Только ощущение, но я хочу встретиться и убедиться. А потом буду за неё бороться. Вот чего я не понимаю: почему та фирма сплавляет клиентку нам?

— Похоже, они знают, что у Патрика был роман с убитой. Но полиции он пока всё отрицает. Если выяснится, что солгал, ему не поздоровится. Вот и конфликт интересов. Муж и жена могут оказаться по разные стороны. Представлять обоих одному адвокату нельзя.

— Если слухи о романе с Молли подтвердятся, у Патрика будут серьёзные проблемы.

— Роман делает подозреваемой и Ванессу, — сказал Гарри. — Даже если ничего не было и всё лишь слухи, ревнивый супруг не впервые срывает злость на предполагаемом сопернике. Не менее вероятно, что Патрик убил девушку, чтобы скрыть измену. Он готовится баллотироваться в губернаторы. Эта пара стоит на вершине горы денег, привилегий и власти. Падать им далеко. А по моему опыту, те, кому есть что терять, готовы зайти дальше всех, лишь бы спасти себя.

— Дело мутное. Но, может, всё это просто дымовая завеса. Если Ванесса невиновна, я всё равно хочу помочь. Ты со мной?

— Парень, если берёшься, я рядом. Всегда.

— Это что за дворняга?

На счету корпоративного юриста Рекса Бьюкенена было больше ста миллионов долларов. Он владел дорогой недвижимостью в нескольких странах, командовал армией безжалостных судебных адвокатов и во всех отношениях был крайне влиятельным человеком.

Но только что оскорбил Кларенса. И Гарри. И, стоя в кабинете Рекса, я ему посочувствовал.

— Это Кларенс, — сказал Гарри. — Куда я, туда и он.

— Не сказать, чтобы породистый, — заметил Бьюкенен.

Гарри наклонился к Кларенсу. Пёс преданно смотрел на хозяина.

— Кларенс, познакомься с Рексом. Несмотря на имя, он не собака. Но если продолжит тебя обижать, будет возить больным задом по этому красивому ковру.

— Не хотел никого обидеть, — сказал Бьюкенен. — Просто никогда таких собак не видел. Какая порода?

— «Хайнц-57». Всего понемногу, как в их соусе. У Кларенса тоже сортов пятьдесят семь.

— Обычно мы не пускаем собак в офис.

— Людей вроде нас вы сюда тоже обычно не пускаете, — заметил я.

— Присаживайтесь, господа. Я приведу Ванессу. Папку оставил вон там, на журнальном столике.

Он вышел. Мы с Гарри устроились на диване. Личный кабинет Бьюкенена был почти такого же размера, как вся наша контора. Я взял со стеклянного столика папку и открыл.

Она оказалась тонкой. В начале — краткие сведения о клиентке.

Ванессе Вандерпул тридцать лет. Она два года замужем за Патриком Вандерпулом, которому уже за тридцать. Сейчас живёт в Верхнем Ист-Сайде, хотя в списке недвижимости значились и другие адреса: дом в Хэмптонсе, дом в Малибу, квартиры в Париже, Лондоне и Цюрихе.