Уж не знаю, было это намеренной демонстрацией силы или же всё объяснялось крайним раздражением посетительницы, но лично на меня суровая тётенька впечатление произвела самое неизгладимое. Нельзя сказать, будто задрожали поджилки, но впервые пожалел о том, что расстался с проклятием. С ним море было по колено, ну а сейчас захотелось поскорее отсюда убраться. И лучше даже через окно. До него было ближе, нежели до служебного выхода.

— Досточтимая матушка! — улыбнулся епископ Ясный, даже не подумав оторвать седалище от кресла. — Давно не виделись!

— Давно! — подтвердила игуменья, и возникло подозрение, что в свою бытность епископом Высокореченска Ясный с этой особой был если и не на ножах, то очень близко к тому. — Мои сёстры подверглись нападению на территории твоей епархии, и напали на них трудники! Я требую воздаяния!

Взгляд, который бросила на меня одна из монахинь, ожёг неприкрытой ненавистью, я весь так и подобрался в ожидании ответа епископа.

Тот улыбнулся. Не знаю, с чего я это взял, ведь стоял позади кресла, но готов был поклясться, что папенька Заряны расплылся в широченной улыбке, прежде чем покачать головой и заявить:

— Удивительное совпадение! Сегодня мне уже поступила жалоба о нападении, только обвинили в нём ваших сестриц, матушка!

Настоятельница недобро прищурилась, но ничего произнести не успела, поскольку вновь распахнулись двери и последовало очередное объявление:

— Боярин Ночесвет из восточной линии рода Пурпурного змея с сопровождающими!

Сопровождающими оказались Чарослав и Заряна, но алая дымка подалась назад отнюдь не из-за сияющего пурпура или калёного серебра, потеснила её обитавшая в Ночесвете чернота.

— Мой сын Чарослав и его невеста Заряна из дома Пламенной благодати подверглись нападению ордена Алаи Раскаявшейся, и я намерен призвать виновных к ответу!

Всю спесь с игуменьи будто рукой сняло, и всё же она попыталась возразить боярину.

— Мои сёстры были в своём праве! Они пытались предотвратить запрещённый ритуал!

— Они напали на моего сына! — повысил голос Ночесвет, и меня аж передёрнуло от отголосков разошедшейся кругом черноты с намёком на пурпур кипящей крови. — Завтра я спрошу с виновных! Завтра!

Епископ Ясный развёл руками.

— Ничем не могу помочь, досточтимая матушка! — издевательски вежливо улыбнулся он игуменье. — Но ещё есть время обратиться за правосудием к моему Высокореченскому собрату!

Наверное, с тем же успехом он мог просто плюнуть настоятельнице в лицо, поскольку та резко крутанулась на месте и поспешила на выход, обе монашки припустили следом.

— Свободен, трудник! — отпустил меня епископ Ясный, и я медлить не стал, покинул помост и зашагал через зал, теряясь в догадках, на кой чёрт меня сюда вообще привели.

Показать монахиням? Но зачем?

Заряна подмигнула, я сделал вид, будто ничего такого не заметил, и выскользнул в коридор. Там меня встретили и предложили сопроводить на выход, а после просьбы обеспечить встречу с отцом Бедным повели куда-то сильно не туда. Сначала в своей догадке усомнился, но очень скоро и в самом деле очутился у дверей кабинета отца Острого.

Выказывать удивление не стал, постучал и заглянул внутрь.

— Разрешите?

— Заходи-заходи! — вроде как обрадовался мне отец Бедный. — На ловца, как говорится, и зверь бежит!

Судя по стоящим тут и там ящикам и пока ещё пустым шкафам, священник только-только начинал обживаться на новом месте, я прикрыл дверь и бестактно в общем-то спросил:

— Турнули?

— Его преосвященство произвёл рокировку, — с улыбкой ответил явно пониженный в должности священник, сцепил пальцы, хрустнул костяшками и улыбнулся. — Но это и к лучшему. Теперь-то заживём! — Он прищурился. — Что смотришь? Я серьёзно! Разыграл твой козырь и вернулся на своё прежнее место. В родное, так сказать, болото.

Я взялся за спинку стула и покачал его из стороны в сторону, счёл достаточно надёжным и сел.

— А можно пояснить?

— Как уже говорил, его преосвященство человек в городе новый, и я не имею чести состоять в прибывшей с ним из Высокореченска свите, зато в своё время был сочтён подходящей кандидатурой для того, чтобы временно возглавить направление, руководство которым изначально было обещано одному из приезжих.

— Отцу Острому?

Вопрос мой остался без ответа, священник уселся за свой скромный стол и продолжил рассказ:

— Прошло время, мой преемник оброс связями и оказался готов взвалить на себя тяжкую ношу кабинетной работы. — Отец Бедный развёл руками. — А моё решение поручить тебе доставку послания в Высокореченск лишь слегка ускорило неизбежные перестановки.

— Но всё ведь обошлось?