Мама слегка подтолкнула Клару к молодому кваду. — Попрощайся с будущими партнёрами, милая. Надеюсь, они найдут время навещать тебя и звать на свидания между уроками и занятиями в подготовительной школе «Аполлон». — Она подмигнула Энтони, и тот сально улыбнулся в ответ.

Эйден перехватил смущённую Клару раньше, чем она приблизилась к этим подонкам. Обнял за плечи. — Успехов вам в оставшемся семестре, — бесцветно произнёс он. — Если Клара захочет снова с вами встретиться, сама сообщит.

Кто-то из старших Нельсонов громко расхохотался. — Да уж лучше бы захотела! После связи нашим мальчикам от неё понадобится гораздо больше!

Мама хотя бы поморщилась от неуместного замечания, но отцы даже не моргнули.

— Э-э, да, — сказала Клара, без энтузиазма помахав рукой. — Пока. С наступающим выпуском.

Энтони на секунду показался готовым оторвать её от Эйдена, но, видимо, жить ему ещё хотелось. Заставил себя улыбнуться. — Скоро увидимся, куколка.

Он кивнул своим на дверь, и все четверо молча вышли.

Наши отцы и старшие Нельсоны обменялись фальшивыми улыбками и новым кругом крепких рукопожатий. Наконец гости уехали. Тяжёлая парадная дверь захлопнулась, громким пушечным выстрелом отдавшись в огромном холодном вестибюле.

— Что ты натворил? — процедил я папе.

— Обеспечил будущее Клары и наше, Хит, — раздражённо ответил он. Перебросил длинную гриву волос через плечо, скрестил руки и презрительно усмехнулся. — Нельсоны предлагают продать нашей фирме контрольный пакет одной из самых прибыльных компаний их портфеля. Мы давно хотели заняться магической фармацевтикой. Теперь наши семьи будут соединены, а пакет они продадут по невероятно выгодной цене.

— Цена — тело и душа твоей дочери, папа, — резко сказал я. — Как ты мог? В каком мы, чёрт возьми, веке живём?

Мама беспокойно заломила руки. — Хит, пожалуйста, не говори так с отцом.

Стивен испепелил меня взглядом. Когда-то мы были близки — пока мой волк не превзошёл его властью и силой.

— Не ты принимаешь решения в этой семье, сын. Договорные связи до сих пор живы в высших слоях общества. Мы укрепляем семейное наследие, пока вы с братом убегаете играть в солдатиков.

— Кларе нравятся мальчики Нельсонов, — настаивала мама. — Правда, милая?

Сестра лишь смотрела в мраморный пол. — Мама, я всего один раз с ними встречалась.

Холден отмахнулся. — Будет достаточно времени познакомиться. Для женщины-оборотня нет призвания выше, Клара. Став благословенным сосудом для группы достойных юных Праймов, ты почтишь Луну.

— Конечно, — пробормотала она.

— И тебя не смущает, папа, что Энтони Нельсон только что хвастался правом «поколачивать» партнёршу, когда вздумается? — спросил я, кипя. — По-прежнему радуешься, что продал дочь на всю жизнь тем, кто будет её избивать?

Клара ахнула.

Мама избегала смотреть мне в глаза.

Лицо отца стало ледяным. — Уверен, ты преувеличиваешь, Хит. Если Клара будет вести себя как положено хорошей партнёрше и супруге, в таком не возникнет необходимости.

Мы с Эйденом уставились на него. Насколько я знал, ни один из отцов никогда не поднимал руку на маму таким образом. Но с момента связи за год до рождения Эйдена она всегда делала в точности то, чего они желали.

Холден строго посмотрел на Эйдена, затем вновь на меня. — Хватит с вас обоих. Не вмешивайтесь в этот союз, иначе превращу вашу жизнь в ад. После семнадцатого дня рождения Клара установит связь со своими партнёрами под полной луной. Больше об этом не говорим.

— Хрен она установит, — прорычал я. Волк поднялся. По рукам и груди призрачно поползла шерсть, зрение обострилось, из горла вырвался рык.

Папа навис надо мной, его лев просыпался. Серые глаза налились расплавленным серебром, длинные волосы густели. Тело словно выросло, мышцы вздулись, выступили вены.

Взгляд отца схватил мой, я не отводил глаз. Волк сопротивлялся невысказанному требованию подчиниться.

Это была пытка. В череп словно вонзились ножи. Волк дрожал в груди, рычал, мотал головой. Я мог перекинуться, выпустить его, вынудить отца сражаться зверь против зверя и забрызгать кровью мраморный пол в надежде выжить до следующего дня.

Теперь я дал бы ему более серьёзный бой, чем год назад. Но сила, которую он как связанный Прайм черпал из своего квада, была сокрушительна. Я уже чувствовал это под его натиском, а его лев мог бы сделать то же самое.

Не думаю, что отец убил бы меня. Хотя с каждым днём уверенности становилось меньше. Если придётся выбирать между мной и горами денег на магической фармацевтике, он, пожалуй, перегрызёт мне глотку, а потом оплачет.

В глазах заплясали пятна. Поле зрения сузилось до двух светящихся серебряных озёр. Тело закачалось.

— Хит, — тихо, но настойчиво сказал Эйден. — Пойдём. Сегодня мы это не решим.

Я опустил глаза. Давление тут же исчезло.

Отец довольно усмехнулся.

— Ты впечатляешь, сын. Но ты не я.