Отец был звездой «Протея» в середине девяностых и уже тогда подружился с их отцами. Они не теряли связи, хотя двое сыновей Нельсонов были львами, а из их лучших друзей один был леопардом, другой — ягуаром.

Из второго внедорожника вышли старший квад Нельсонов и их связанная партнёрша, миниатюрная рыжеволосая женщина в тёмно-зелёном брючном костюме.

В животе зародилось дурное предчувствие.

— Мне это не нравится, — сказал я Эйдену. — Если приехали родители, папа заключает сделку.

— Ты прав. — Он оттолкнулся от каменных перил.

А я уже шёл к двери балкона. — Надо узнать, что происходит.

Он последовал за мной через нашу гостиную. Когда мы оба окончили подготовительную школу и собрали свой квад, папа разрешил нам переехать из детских комнат в гостевое крыло на третьем этаже. Здесь у нас была своя квартира с четырьмя спальнями. Но пока мы жили под крышей поместья Блэквеллов, ничто не могло казаться по-настоящему своим.

Мы выскользнули из крыла и тихо спустились на два этажа. С площадки над величественным вестибюлем мы увидели, как мама вместе с партнёршей Нельсонов уводит мрачную Клару. Женщины по пути обменивались показной любезностью.

За ними семенили два маминых толстых корги.

Холден и Стивен пожали руки старшему кваду Нельсонов и все скрылись в коридоре, ведущем к кабинетам отцов.

Молодой квад остался слоняться по вестибюлю. Особенно довольными они не выглядели.

Я уже собирался сбежать по лестнице и потребовать объяснений, когда Эйден схватил меня за руку и увёл с глаз. Мы присели и стали смотреть сквозь просветы парадной лестницы — главного украшения входного зала.

— Грёбаный бред, что нам нельзя трахать её до установления связи. — Говорил Энтони Нельсон, старший сын и вожак. Он выглядел как красавчик-капитан школьной команды по американскому футболу: высокий, с волнистой каштановой гривой и ослепительной белой улыбкой.

А ещё ему недолго осталось жить.

— Спокойно, — предупредил Эйден.

Брат Энтони, Джеймс, фыркнул, поправляя галстук. — Чего родители не узнают, от того им хуже не станет. Ты знаешь этих латентных сучек: они жаждут членов Праймов.

Теперь уже мне пришлось схватить Эйдена, пока он не перепрыгнул через перила. — Тише. Не дадим им её тронуть.

— Зато она красивая, — протянул один из друзей, привалившись к стене. — Ваши родители могли купить нам уродливую центральную партнёршу. А у этой кровь Праймов-кошачьих, хорошая грудь и упругая задница. Даже если придётся подождать пару месяцев, бывает и хуже.

— Не знаю, — сказал последний. — Осенью мы идём в колледж, а ей ещё школу заканчивать. Нам что, нельзя будет трахать охотно согласных девчонок в «Протее», потому что партнёршу нашли слишком рано? Да ладно.

Энтони пожал массивным плечом. — Если она будет возражать, немного поколочу. Отец говорит, что вожак квада обязан держать сучку в узде. Центральные партнёрши порой зарываются.

С меня хватит. Я вскочил и пошёл вниз. Эйден по пятам.

Волк выл, требуя крови. Когда я спустился, мелкие гады увидели меня и вытянулись по струнке.

Энтони натянул вежливую улыбку и протянул руку. — Привет, Хит, как дела…

— Слушай меня, Нельсон. — В тихом голосе звучало обещание убийства. — Если когда-нибудь прикоснёшься к моей сестре, каким угодно образом, я тебя убью. Никакой связи не будет.

Его лицо приобрело надменное выражение. — Мой брат заикался? — спросил Эйден, притворно нахмурившись.

— Брат заикается? — спросил Эйден не менее высокомерно. — Добро пожаловать во взрослую жизнь Прайма, Нельсон. Вызови его на поединок зверей и узнаешь, что случится.

Янтарная дымка прошла по карим глазам Энтони, в горле зародился рык. Он шагнул ко мне. Я позволил волку подняться и надавил силой. Энтони зарычал; его спина тут же согнулась под моей волей.

— Ещё у кого-нибудь есть остроумные замечания? — спросил Эйден.

— Мальчики! — голос Холдена прогремел из коридора.

Наши отцы вошли в зал, за ними старшие Нельсоны.

— Что тут происходит? — спросил Холден.

— Ничего, — ответил Энтони, выпрямляясь и вытирая лоб.

Папа, как всегда, понял больше сказанного. Раздражённо взглянул на меня и вернул лицу любезное выражение делового человека. — Понятно. Спасибо всем, что приехали завершить договорённости. Ваша мать скоро вернётся, сможете попрощаться с Кларой перед отъездом.

— Папа… — начал я.

— Молчи, Хит, — оборвал он. Слова словно хлестнули меня по коже.

Мой волк заскрёб когтями прутья клетки. Я сжал зубы и глубоко вдохнул.

Из-за угла появилась мама с Кларой и партнёршей Нельсонов. Обе матери с раздражающей манерностью поцеловали воздух у щёк друг друга. Потом миссис Нельсон вернулась к своим мужчинам и прижалась к ближайшему.

Матери противно поцеловали воздух у щёк друг друга. Потом миссис Нельсон вернулась к своим мужчинам и прижалась к ближайшему.