В поперечнике глобус был примерно в рост человека; он завис прямо перед сиденьем. - Разве это не очевидно? - рявкнул Хорк. - Убери руки с рычагов. - Она так и сделала; шар продержался несколько секунд, затем неуклюже сдулся и, наконец, исчез. - Это вспомогательное средство, - оживленно сказал Хорк. - Как... - Он неопределенно махнул рукой. - Как окно в аэрокаре. Помощь пилоту.

Она попыталась сосредоточиться на этой новой головоломке. Она посмотрела через зал на Звезду, это хмурое желто-красное пятнышко в центре огромного скопления газа и света. - Но этот шар выглядел как сама Звезда.

Хорк рассмеялся, в его голосе все еще слышались пронзительные нотки; его наглазники расширились от волнения. - Конечно, же! Разве ты не видишь? Дюра, человек предназначен для управления Звездой с помощью этих замечательных рычагов...

- Но это абсурд, - запротестовала она. - Как можно управлять Звездой - целым миром - как одним из ваших аэрокаров?

- Но, моя дорогая, кто-то уже сделал это. Звезда была запущена на Кольцо с сознательным намерением. То, что мы нашли устройство для этого, вряд ли удивительно. А это карта-звезда, которая поможет тебе управлять миром...

Она снова взялась за ручки, и шар-глобус возник снова, широкий, изящный и зловещий. Она собрала все свое рассеянное мужество. - Хорк, мы не можем позволить, чтобы наш мир был разрушен.

Он придвинулся к ней ближе. Его наглазники были широкими и пустыми, дыхание поверхностным. Он казался огромным. Его руки были отведены от тела. Она крепче сжала пальцы на ручках кресла, наблюдая, почти ожидая, что он бросится на нее.

- Дюра, встань с кресла. Тысячу лет наша Звезда пересекала космос. У нас есть долг, который мы должны выполнить, есть предназначение.

Она покачала головой. - Ты потерял себя в этом, Хорк. В очаровании всего этого... Это не наша битва.

Он хмуро посмотрел на нее, его бородатое лицо превратилось в свирепую маску. - Если бы не битва, нас бы даже не существовало. Поколения людей жили, умирали и страдали ради этого момента. Это цель нашей расы, ее апофеоз! Я вижу это сейчас... Как такой человек, как ты, может взять судьбу мира в свои руки?

- Но я не могу - принять - это. Я должна что-то предпринять. Мы должны попытаться спастись сами.

Сомнение - своего рода тоска - отразилось на широком лице Хорка. - Тогда подумай вот о чем. Предположим, мы правы. Предположим, наш мир действительно является ракетой, нацеленной на ксили. Тогда - если действительно возможно прицелиться в Звезду с помощью этого устройства - почему устройство здесь?

Она боялась его - не только физически, но и этой новой, неожиданной стороны его характера, этого фанатизма самосожжения.

- Подумай, - потребовал он. - Если бы ты была конструктором, обычным человеком, который спланировал эту фантастическую миссию, что бы ты хотела, чтобы человек, сидящий в этом кресле, сделал сейчас, в кульминационный момент проекта?

Она заколебалась, размышляя. - Это предназначено для уточнения траектории. Чтобы еще точнее направить Звезду к ее цели.

Он широко развел руками. - Верно. Возможно, здесь есть бездействующие устройства, сообщения, инструктирующие нас - или того, кто должен был здесь находиться, - как именно это сделать. А что, если мы этого не сделаем, Дюра? Что, если мы не выполним нашу миссию? Возможно, сами ур-люди вмешаются, чтобы наказать наше высокомерие.

Ее ладони были скользкими от пота; его слова были как бы выражением внутреннего конфликта. Кем она была, чтобы решать судьбу мира, поколений?

Она вспомнила свою жизнь, необычную, разворачивающуюся последовательность событий, которые привели ее к этому моменту. Однажды, не очень большую часть своей жизни назад, она дрейфовала в мантии, отдаваясь на милость мельчайшего случайного сбоя вместе с остальными человеческими существами племени. Этап за этапом, по мере того как события уводили ее так далеко от дома, ее понимание мантии, Звезды и роли человечества раскрывалось, подобно слоям восприятия, постепенно открывающимся благодаря видящим стенам этой конструкции ур-людей.

И теперь она была здесь, обладая большей властью над событиями, чем кто-либо из людей со времен войн сердцевины. У нее кружилась голова, это чувство она помнила по своим первым полетам со своим отцом к окраинам коркового леса, когда была маленькой девочкой.

Ее сознание, казалось, взорвалось. Она начала осознавать свое тело - широкие, растянутые поры на коже, напряжение в мышцах, нож, все еще засунутый за потертую веревку, туго обмотанную вокруг талии. Она посмотрела в широко раскрытые, вытаращенные глаза Хорка. Она увидела в нем безрассудство, возбуждение, опьянение, грани безумия. Хорк, ошеломленный путешествием, царством ур-людей, колонистов и звезд, забыл, кто он такой. Она - нет. Она знала, кто она такая: Дюра, человеческое существо, дочь Лога - не больше и не меньше. И в этот момент она была не более, не менее квалифицирована, чтобы говорить от имени народов Звезды, чем кто-либо другой. И именно поэтому именно ей придется действовать сейчас.