Когда Джаспер уходит с дороги, я с облегчением замечаю, что Дом наконец отложил свою книгу. Его золотистый взгляд скользит по мне, а Лаки беззастенчиво наблюдает, переводя глаза с меня на Джаспера. Джаспер изгибает одну бровь, глядя на него, затем покидает комнату.

Я сжимаю края своей рубашки и запахиваю их на груди. От этого движения смещаюсь на коленях Бо, и он стонет, а его рука сильнее сжимает мою талию. Его твёрдость настойчиво упирается в шов моей попы, прикрытая лишь натянутой джинсовой тканью его брюк. Я борюсь с желанием повернуться и прижаться к нему. Восхитительные маленькие афтершоки ещё покалывают под моей кожей, но между бёдер остаётся пустая, ноющая боль. Как бы ни были прекрасны его пальцы, на самом деле я хочу, чтобы эта толстая длина погрузилась внутрь меня.

Соскакиваю с колен Бо, пульс бьётся хаотично. Что, чёрт возьми, со мной не так? Такие мысли мне никогда не приходят в голову.

Доминик медленно встаёт и подходит ко мне.

— У тебя есть неделя, чтобы освоиться здесь, а потом мы будем тянуть жребий и составим график. Два дня «работы», один день отдыха, и так по кругу — если только ты и те, кого это касается, не договоритесь поменяться днями или провести вместе больше одного дня подряд, но это уже решайте между собой.

Он уходит, пока я стою, вытаращившись ему вслед.

Без названия

Без названия

Без названия

ГЛАВА 8

ГЛАВА 8

ИДЕН

СОВЕТ ПО ВЫЖИВАНИЮ № 124

У каждого есть прошлое.

Убедись, что их прошлое не вернётся,

чтобы цапнуть тебя.

Больше одного из них в день? Как, чёрт возьми, он представляет себе это? Хотя, я имею в виду, кажется, только что именно так всё и произошло.

Я поёживаюсь, опуская взгляд. На уроках этикета подобного не проходили, и смущение быстро поглощает мой краткий миг раскованности.

Бо стоит позади меня. Щёки мои горят. Он только что… Его руки только что…

Он наклоняется и крепко целует меня в губы. Удивительно целомудренно, учитывая то, что он только что со мной делал. Я ощущаю вкус самой себя на его губах. Он отстраняется и собирается уйти, а я хватаю его за руку, чувствуя, что должна что-то сказать — поблагодарить, может быть? Потребовать объяснений? — но язык кажется неловким во рту.

Бо понимает меня неправильно.

— Мне нужно остыть, милая. Лаки поможет тебе привести себя в порядок.

Медленно выдыхая, я киваю.

В последний раз сжав мою руку, он уходит.

Не в силах посмотреть прямо на Лаки, я смотрю на его плечо и писклявым голосом прошу показать мне ванную. С чересчур уж бодрой пружинистостью в шаге он провожает меня и говорит встретиться с ним на кухне, когда закончу, коротко объясняя дорогу, которую, молюсь, я запомню.

Запершись в ванной, быстро справляю нужду и привожу себя в порядок.

Голова слегка кружится — то ли из-за нелепого напитка, который дал мне Лаки, то ли из-за моего сногсшибательного оргазма, не уверена.

Вымыв руки, я рассматриваю своё лицо в зеркале. Щёки, которые меньше часа назад были мёртвенно-бледными, теперь залиты румянцем, серо-голубые глаза блестят и кажутся затуманенными, губы припухли и раскраснелись.

Провожу пальцем по розовому следу на шее, рассматриваю укус на груди — одновременно пытаясь не задумываться, почему я чувствую тайную гордость, глядя на них. Волосы спутанным комом обрамляют лицо, замявшись сзади там, где они тёрлись о плечо Бо, пока он…

Кран всё ещё открыт.

С ругательством перекрываю воду и глубоко вдыхаю, опираясь руками о раковину.

Не могу вспомнить, когда в последний раз выглядела такой… удовлетворённой. Выглядела ли я так когда-нибудь прежде? Почему от этого я чувствую себя отчасти немного… красивой?

Я хмурюсь. Что со мной не так?

Годы приличий и сдержанности растаяли за мгновения под прикосновениями Бо. Губами Джаспера. Королевским, тяжёлым взглядом Доминика. Интенсивным, игривым жаром Лаки.

Мои бёдра сжимаются.

Если буду предельно честна с собой, я даже ответила на грубое обращение Джейкоба — хотя это наверняка была какая-то посттравматическая реакция, я уверена в этом.

Встречаюсь в зеркале со своим затуманенным от желания взглядом.

— Ты ведёшь себя как шлюха, — отчитываю я.

Да уж, ну, судя по всему, быть шлюшкой — это действительно весело, — мурлычет моё отражение с тяжёлыми веками. — Давай снова побудем шлюшкой. Прямо сейчас.

Несмотря на ликование моей распутной двойницы в зеркале, многолетний опыт разочарований предупреждает меня не слишком-то радоваться. В конце концов, моё положение не так уж просто. То, чего они от меня хотят, чего ожидают… это ошеломляет.

Сомнения ложатся тенями на моё лицо, приглушая часть румяного сияния.

Как я вообще смогу справляться с потребностями и желаниями пятерых мужчин, если мне никогда не удавалось удержать внимание даже одного?