— Три наши камеры вышли из строя, — говорю я, решая ограничиться полуправдой. Мы сможем начать с чистого листа, когда разберёмся с этим дерьмом и ей больше не будет грозить опасность сбежать. — Даже для нас это много. Из-за этого у нас появились серьёзные слепые зоны. Нужно быстро всё исправить.

Упрямство напрягает её челюсть, и я поднимаю руку.

— Там сложная местность, а нам нужно двигаться быстро. Ты будешь только замедлять нас. Это не оскорбление, просто факт. Ты не знаешь ни дороги, ни местности, а оставлять три неработающие камеры надолго слишком опасно, — не совсем ложь, просто не вся правда. — Но в следующий раз… в следующий раз возьмём тебя с собой и даже покажем, как всё делать самой, чтобы дальше ты могла нам помогать.

Её рот от удивления захлопывается. Я выпрямляюсь, затем протягиваю руку.

— По рукам?

Иден смотрит на мою ладонь так, будто на ней написаны ответы.

— Вы позволите мне выбираться с вами и быть полезной, как остальные?

— Сможешь ходить на охоту с Лаки, чинить с нами камеры, и мы даже научим тебя защищаться, если захочешь, — покладисто отвечаю я.

В наши дни каждый должен уметь себя защитить. Это просто здравый смысл. Всё равно мы будем брать её с собой только тогда, когда сами сможем её защитить.

Иден встаёт с колен Бо прямо перед моей протянутой рукой.

Да пожмёт она уже её наконец? Я вообще-то нечасто иду на уступки. Обязательно ей продолжать испытывать удачу?

Серо-голубые глаза прожигают меня насквозь. Я вижу, как её острый ум разбирает мои слова по кусочкам, словно она человек, заключающий сделку с королём фейри и пытающийся обнаружить подвох. Мне удаётся не переминаться с ноги на ногу.

Едва.

— И вы будете говорить мне правду? Посвящать меня во всё так же, как остальных?

— Ты не солдат, — прищуриваюсь я.

— Технически ты тоже уже нет, — невозмутимо напоминает она. — И Джаспер тоже, но его всё равно посвящают.

Я скрещиваю руки на груди.

— Или, может быть, — продолжает Иден, — дело в том, что я женщина и ты думаешь, будто я…

— Да блядь, — огрызаюсь я. — Ладно. Ладно. Отныне будем рассказывать тебе всё — если ты согласишься выполнять наши приказы. Я не позволю тебе срываться с места, решив, что сама всё знаешь лучше, и подвергать себя опасности.

Она моргает, а Бо ухмыляется.

— Потому что остальные расстроятся, — сквозь зубы добавляю я.

Бо бросает на меня сухой взгляд.

— И для протокола, — говорю им обоим, — Джаспер годами тренировался вместе с нами, имел тот же уровень допуска к секретной информации, что и мы, и всё равно бо̀льшую часть времени мы не берём его с собой.

Иден изучает меня. Острым. Пристальным взглядом.

Затем медленно кивает.

— Ладно.

— Ладно?

— Да. По рукам, — резко протягивает она руку.

Я вкладываю свою ладонь в её и пожимаю.

Когда её маленькая тёплая рука оказывается в моей, меня охватывает страннейшее чувство, будто я отдаю куда больше, чем собирался.

Может, в конце концов это она — королева фейри.

Без названия

ГЛАВА 25

ГЛАВА 25

ИДЕН

СОВЕТ ПО ВЫЖИВАНИЮ № 267

Если охотишься на крупную дичь,

смотри, чтобы тебя не поддели рогами.

Лес вибрирует жизнью. Солнце пятнами пробивается сквозь густой подлесок, который шевелится от снующих зверьков. Птицы перекликаются друг с другом, перелетая с ветки на ветку. Заметив особенно сухой участок листьев, я меняю место, куда собиралась поставить ногу, и мысленно благодарю Бо за то, что среди горы нижнего белья он додумался принести мне мягкие кожаные ботинки. Они удобные и бесшумные и защищают меня куда лучше моей прежней обуви. Моя бедная ступня только-только оправилась после того, как я наступила на тот камень.

Вообще-то мне совсем не следовало сюда идти. Я это знаю. Но несмотря на все вполне разумные разговоры, которые я провела с собой сегодня утром, я всё равно иду по следу Дома и Бо через лес, пока они направляются к сломанным камерам. Главный довод Дома против того, чтобы я сегодня пошла с ними, заключался в том, что я не смогу за ними поспевать. А я всего лишь доказываю, что они ошибались.

Правда?

В любом случае поворачивать назад уже поздно. Прошло несколько часов. Может, я и не вооружённая до зубов крутая задница с железными ягодицами, но я полезный человек. Я выслежу их до камер, удивлю своей, судя по всему, шокирующей способностью несколько часов самостоятельно не умереть в лесу, впечатлю своей скрытностью, а потом помогу им починить камеры.

Или посмотрю, как они их чинят.

Если честно, с ремонтом камер для наблюдения за дикой природой я действительно никак не помогу.

Я не могу обманывать себя совсем уж полностью… Скорее всего, для меня всё это закончится очень плохо. Любой из них может переломить меня пополам, как батончик «Kit Kat», и так же быстро сожрать.

Но когда они перестанут злиться, может, даже впечатлятся?