А вот краска вокруг окон облупилась и потрескалась. Герметик по краям вздулся и растрескался, а само стекло слегка искривилось, вероятно, от многолетнего воздействия экстремальных погодных условий.

Раньше в этом помещении находился магазин рыболовных снастей и мушек, но это было задолго до моего рождения. Здесь также располагались шорная мастерская и туристическое агентство — последнее просуществовало недолго. Когда я приезжала домой в последний раз, помещение стояло заброшенным, как и половина улицы. Испытание временем выдержали лавка соленой карамели, сапожник, несколько закусочных, еще два магазина снастей, галантерея и портной. Мастерская по обивке мебели вполне могла здесь прижиться, хотя наверняка я не знала. Сначала нужно было зайти внутрь.

Я снова глянула на часы. Ровно девять.

Что ж, момент казался подходящим. Я протянула руку и толкнула дверь. Еще до того, как переступить порог, я почувствовала запах кожи и новой ткани.

Помещение было просторным. Ближе к задней стене располагалось множество верстаков с грудами ткани, а на подиумах стояли софа и диван. Казалось, оба они еще находились в работе. И здесь было светло — дневной свет из окон добивал до самого конца магазина.

— Привет. — Я услышала мужской голос слева от себя. Брэди спускался по лестнице, которая, как я полагала, вела в квартиру. — Точно вовремя.

Днем он выглядел иначе, но, пожалуй, лишь потому, что я действительно могла его разглядеть. Его волосы были темными. И длиннее, чем мне показалось сначала, заправленными за уши. Казалось, он проводил на солнце очень много времени.

Однако в отношении его глаз я оказалась права. Они были светлыми. Голубыми. И красными, а значит до сих пор воспаленными. Что-то неприятно кольнуло в груди. Я почувствовала… вроде как вину. Мне не привыкать к чувству вины, так что я легко его распознавала, но вот испытывать угрызения совести перед мужчиной — перед мужчинами вообще, если честно — мне было вновинку. Особенно за то, что это я с ними сотворила. Обычно я бы и бровью не повела.

Брэди был хорош собой. И я это признавала безо всякого подтекста. Просто он был достаточно симпатичным, чтобы я это заметила. Я поборола желание поправить ожерелье или рубашку, либо вытащить волосы из-за ушей. Не то чтобы меня волновало, считает ли он меня привлекательной тоже.

— Доброе утро, — произнесла я и протянула руку, пытаясь вспомнить о профессиональной вежливости или вроде того. В конце концов, это был мой начальник. — Я, эм, правда извиняюсь за вчерашнее.

Брэди заметно вздрогнул, и я почувствовала, как вина снова кольнула меня изнутри.

— Забей, — сказал он и пожал мне руку крепким рукопожатием. Я почувствовала мозоли на его ладони.

— Эм, глаза в порядке?

Почему мне показалось, что я краснею? Я не краснела. Я не умела краснеть.

— Нормально, — бросил он, одарив меня кривой усмешкой. Ну охренеть. Судя по всему, я все-таки умела краснеть. — Знатно я их промыл, проконсультировался с доктором Гуглом, и все гуд.

— Мне никогда не удавалось производить хорошие первые впечатления, — призналась я.

Я сообразила, что все еще трясу его руку. Отдергивать ее было уже поздно, это выглядело бы странно, но продолжать пожимать тоже странно. Из двух зол я решила выбрать наименьшее и просто плыть по течению.

— Но это, пожалуй, бьет все рекорды.

Брэди хмыкнул.

— Что ж, можем попробовать снова. Брэди Купер, — представился он с той же кривой усмешкой. — Рад знакомству.

— Коллинз Картрайт. — Я улыбнулась в ответ против всякого здравого смысла.

— Катастрофа вселенского масштаба, — отозвался он. — Помню-помню.

Его глаза, наверное, были красивыми, когда не выглядели как помидоры.

Я кивнула и решила, что сейчас самое время вытащить руку из его ладони. Когда я это сделала, Брэди опустил взгляд вниз, словно не осознавал, что они так долго были соединены, но быстро взял себя в руки и сунул ладонь в карман джинсов.

— Ну что, готова начать? — спросил он.

Глава четвертаяБрэди

Не так уж и стремно было на нее пялиться, если она сама торчала у моего магазина, как какая-то чудачка. Вчера ночью я толком ее не разглядел, но теперь я знал: в любом случае она бы меня ослепила. И еще вопрос, какому исходу я отдал бы предпочтение.

До сих пор каждый раз, когда заходил разговор о ней, я воображал, будто она похожа на Кларк, ведь они близняшки, но Коллинз оказалась совершенно другой. Ее темные волосы были коротко острижены и заправлены за уши. Обе руки сплошь покрыты черными татуировками, но это был не один крупный рисунок. Казалось, они набиты совершенно бессистемно. Я ее даже не знал, но уже понимал, что это подходит ей как нельзя лучше. Учитывая август на дворе, у нее была бледная кожа, а лицо просто… поразительное. Другого слова я подобрать не мог.