Она потянула за ручку пассажирской двери, но я перехватил ее через плечо, захлопнул дверь обратно, сам взялся за ручку и распахнул ее для нее.

— Ну, это было нескучно, — пробормотала она, окинув меня взглядом, прежде чем запрыгнуть в салон.

Скучно? Она считала меня скучным? Пожалуй, в последнее время я и вправду держался с ней несколько сдержанно. Я списывал это на то, что еще только привыкал делить квартиру с кем-то еще, особенно когда у этого кого-то явно были не все дома. Но с каждым днем мне все сильнее хотелось узнать о ней побольше, хотя я чертовски сомневался, стоит ли дразнить любопытство после всего.

Обойдя пикап спереди, я увидел, как Коллинз тянется через все сиденье, чтобы отщелкнуть мою дверь.

— Возвращаю должок, — с лукавой улыбкой произнесла она, когда я устроился за рулем.

Она была ходячей неприятностью.

— Спасибо, — сказал я и выехал со стоянки.

У меня ушло около часа на то, чтобы погрузить обеденные стулья и закрепить их в кузове. Пришлось поиграть в тетрис, чтобы все восемь встали как надо. Я регулярно косился в зеркало заднего вида, проверяя, не затеял ли какой-нибудь из стульев побег.

— Ты против музыки в машине? — поинтересовалась Коллинз с пассажирского сиденья, пока мы катили по дороге. Конец августа в Свитуотер-Пик означал, что погода могла выкинуть абсолютно любой фортель: солнце и плюс двадцать четыре вполне могли смениться зимним штормом, но сегодня выдался прекрасный денек12. Около восемнадцати градусов, солнце и пушистые белые облака.

— Я не против побыть наедине со своими мыслями, — ответил я. — К тому же я особо не замечаю тишины. Мне всегда кажется, что вокруг столько всего интересного, когда я катаюсь по этим местам.

— Я предпочла бы остаться наедине с открытой чашкой Петри, полной какого-нибудь плотоядного вируса, передающегося воздушно-капельным путем, чем со своими мыслями. — Коллинз вздохнула. — Но завидую твоей выдержке.

Я рассмеялся.

— Настолько все плохо?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Их просто… всегда слишком много.

— Так вот почему ты вечно разговариваешь сама с собой? — вырвалось у меня.

Но прежде чем я успел смутиться, Коллинз ответила:

— Я ни с кем не… — тут же начала возмущаться она, но осеклась. — Да, эм, именно поэтому. Надо же куда-то девать весь этот мусор в голове. Почему бы не выплеснуть его во вселенную.

— Я не хотел… — начал было я.

— Все нормально, — оборвала она.

Я рискнул бросить на нее быстрый взгляд. Она слегка улыбалась.

— Боже, ты, наверное, считаешь меня психопаткой.

— Вроде того, — честно признался я. — Но ты-то считаешь меня скучным.

— Сегодня ты уже не такой скучный, — ответила она, даже не пытаясь отпираться. — Впрочем, еще не вечер. У тебя есть шанс скатиться обратно.

— Спасибо, — саркастично бросил я. — От этого прямо полегчало.

— Эй, я тебя предупреждаю. Возвращение к амплуа скучного Брэди — исключительно твой выбор.

Уголки моих губ дрогнули в улыбке.

— К тому же, — добавила она, — ты должен был повернуть примерно полмили назад.

Я ударил по тормозам.

— Черт.

Я даже не заметил, как проскочил нужный поворот.

— Можешь развернуться чуть дальше, — подсказала Коллинз. — Там есть старая грунтовка еще со времен Свитуотер-Пик 1.0, она в конце концов выведет нас к ее дому… если ты готов к небольшому приключению.

Я скептически приподнял бровь.

— Что за хрень этот Свитуотер-Пик 1.0?

— Ну, типа первая версия поселка, — пояснила она так, будто это было очевидно. — Где все либо разъехались, либо померли, и лет десять там вообще никто не жил?

— Звучит как бред.

— Как ты можешь этого не знать? — удивилась она. — Ты же здесь живешь вообще-то, и поворот, кстати, примерно через сотню футов13. Справа.

Я уставился на правую обочину и заметил заросшую лесом грунтовку. Снизив скорость, я съехал с дороги. Заглянув вперед, я не смог разглядеть ничего дальше пары сотен футов14 — деревья стояли стеной. Наверняка я и раньше проезжал мимо этой дороги, но просто не замечал ее.

— И далеко она ведет? — спросил я.

— Миль пять15, плюс-минус, — ответила она.

— И куда-то приводит?

— В забытые места, — протянула Коллинз. Голос ее прозвучал неожиданно мечтательно.

Пять миль по заброшенной грунтовой дороге — это вам не пять миль по нормальной трассе.

Я включил заднюю скорость, вывернул обратно на шоссе и поехал прежним маршрутом. Теперь я неотрывно следил за левой обочиной и полз почти со скоростью пешехода, ведь упустить поворот к дому Пападакис во второй раз в мои планы не входило.

— Скучный Брэди снова в деле, — тихонько пробормотала Коллинз под нос, и я не смог сдержать улыбку.

— Да ладно тебе, ладно. Но я вообще-то на работе. У нас дело.

Коллинз хмыкнула, но кивнула.