Халани закашлялась, когда в нос ударил запах плесени. Сверху свисала шаткая люстра. Длинные столы заполняли комнату, за ними болтали несколько мужчин и женщин.

— Джек! — крикнул кто-то, когда их потрепанная группа спустилась по лестнице.

Вся болтовня тут же смолкла.

Мужчины и женщины вскочили так быстро, что их стулья с грохотом повалились на пол.

— Что произошло? — спросил седой мужчина, широкими глазами разглядывая раненого Райдера.

— Дилеры, — сухо отрезал Джек, утирая пот со лба. — «Чёрное сердце» скомпрометировано.

По комнате пронёсся шокированный шепоток.

— Как? — прошипел Джерико. — Кто проболтался?

Взгляды Джека, Спейда и Разиэля скользнули к Такеши, и все уставились на его беспомощную фигуру.

У Халани сжался желудок от ненависти к их недоверчивым взглядам, устремлённым на него.

В ней вспыхнул яростный, защитный инстинкт. Ей хотелось утащить его в какую-нибудь комнату и забаррикадировать дверь, но у неё просто не хватило бы сил тащить его через всё здание.

— Бакарра. — Джек жестом подзвал одну из женщин в чёрном брючном костюме, с короткими зелёными волосами и множеством пирсинга на лице. — Проводи их в комнаты. Джерико, — продолжил он, и здоровый мужик, который ввёл их, шагнул вперёд. — Покажи им камеру заключения. — Джек указал на Брока и Адана. — Когда он очнётся, мы зададим ему вопросы.

Последнее предложение было произнесено с особым подтекстом, и Джерико наклонил голову. Без лишних слов он что-то буркнул Броку и Адану и пошёл в глубь помещения.

Должно быть, на пещерном языке это означало «за мной».

Халани, Винни и Серин поплелись следом, опустив головы, пока Джек, Спейд и Разиэль остались с Райдером.

— Когда прибудет Лейн? — спросил Джек.

— Завтра утром, — грубо ответил Разиэль.

— Не дергайся, Раз, — спокойно произнёс Спейд. — Райдер крепкий. Он и не через такое проходил.

Но прямо перед тем, как Халани вышла из зоны слышимости, она поймала тихий шепот Джека:

— Как только он займётся Райдером, мы заставим Лейна осмотреть его. А потом решим, что делать дальше.

Халани нахмурилась ещё сильнее, шагая по узкому коридору. Бакарра отвела Элизу в скудно обставленную комнату, где стояли полуторная кровать и висела лампа. Одинокая слеза скатилась по подбородку Элизы, прежде чем она безмолвно закрыла дверь.

В груди Халани всё сжалось, когда Бакарра жестом предложила им войти в следующую комнату, но она упрямо пошла дальше за Джерико. Затаившиеся страх и ярость ощущались почти физически. Эти искажённые эмоции въедались в кожу. Пропитывали каменные стены.

Месть была уже на горизонте. Она чувствовала это.

«Тузы» не спустят эту измену с рук. Халани просто нужно было убедиться, что Такеши не станет жертвой их расправы.

В конце коридора Джерико достал заржавевший ключ и со скрипом открыл последнюю дверь. Глаза Халани расширились.

Там не было кровати.

Ни раковины, ни окон.

Лишь одинокая лампочка свисала с потолка, давая лишь жалкую каплю света в этой холодной каморке. Но что действительно привлекло её внимание, так это толстые цепи, висевшие на каменной стене.

Это место было не спальней.

Это была тюрьма.

— Тащите его сюда, — приказал Джерико.

— Что вы делаете? — воскликнула она, когда он защёлкнул толстые кандалы на запястьях Такеши.

— Он будет сидеть под замком, пока мы его не допросим, — отрезал тот.

— Но…

— Халани. — Винни мягко положила руку ей на плечо. — Дай им помочь. Это то, что ему сейчас нужно.

— А если от этого ему станет только хуже? — Подбородок Халани задрожал.

Она исходила из того, что потеря памяти у него временная. Что всё вернётся, как только он поговорит с Халани и поймёт, кто она.

Но если он очнётся в цепях, всё может обернуться совсем иначе. Расстояние между ними может увеличиваться, становиться всё больше и больше, пока Такеши не окажется совершенно недосягаемым.

— Мы не позволим этому случиться. Только не с ним.

Слова Серин прозвучали твёрдо и безапелляционно.

— Мы вместе приехали в этот город и вместе из него уйдём. Мы все знаем, что для тебя он значит больше, но и для нас он тоже важен. Мы будем рядом с тобой на каждом шагу.

От слов Серин комок в горле Халани сжался ещё сильнее.

Но не только Серин смотрела на неё с любовью и преданностью. Халани оглянулась — и увидела ту же решимость во взглядах Винни и Адана. Даже Брок не покинул её.

Её внимание привлёк поднявшийся шум: Джерико закончил приковывать Такеши. Тот сидел, привалившись к стене, а руки были подняты вверх и скованы наручниками.

— Пойдём, — буркнул Джерико. — Я покажу тебе ваши комнаты.

Остальные начали выходить, но Халани не сдвинулась с места.

Её ноги словно приросли к полу, а взгляд был прикован к Такеши.

— Я остаюсь, — твёрдо заявила она.

Джерико нахмурился.

— Не можешь.

— А кто сказал?

— Джек.