Выскальзываю в коридор, и в этот миг фонари гаснут от волны золотой магии. Его заклинание погружает всё здание во тьму; мне требуется вся концентрация, чтобы развеять чары прежде, чем я обо что-то споткнусь. Его следующее заклятие парализует меня, и я снимаю его почти мгновенно, но этой заминки ему хватает, чтобы полностью погасить свет. В отличие от него, я не знаю расположения каждого светильника, поэтому зажечь их пламенем почти невозможно.

Взываю к выявляющему заклинанию, и свет срывается с моих вытянутых пальцев. Слышу его смешок раньше, чем вижу его самого. Пытаюсь отскочить на звук, но чьи-то руки стальной хваткой обхватывают мою талию и кружат меня.

— Монстр, ты моя. — Его голос звучит как бархат; он затягивает меня в нишу, где я оказываюсь зажата между непоколебимой стеной в лице моей пары и статуей фейри, которая вполне могла бы быть лунаргиром из моих кошмаров. Эш крепко прижимает меня к холодному камню стены. Прежде чем я успеваю вскрикнуть, его губы накрывают мои в обжигающем поцелуе, который в пепел сжигает мою решимость сбежать.

Таю в его руках, когда он нависает надо мной, и пряный вкус его языка подпитывает смесь адреналина и возбуждения, которая несется по моему телу и скапливается в самом низу. Поцелуй Эша становится яростным. Это безмолвное обещание того, что будет дальше, если я позволю, если не сбегу.

За мной гнались тени, меня омывал свет красной луны, а теперь меня готов сожрать фейри, которого я люблю. Я счастлива, пусть эго и твердит обратное, что он меня поймал. И в этот раз, и в самый первый.

Дыхание Эша обжигает кожу, создавая резкий контраст с неумолимо холодным камнем за спиной. Его руки скользят от талии вверх, задевая ребра, а затем он накрывает ладонью мою грудь. Дрожь пробегает по позвоночнику; одной рукой сминаю воротник его белой рубашки, приподнимаясь на цыпочки, чтобы быть к нему еще ближе.

— Так лучше, — негромко рычит он, его губы прокладывают путь от ямки на горле к чувствительной коже на сгибе шеи. — Ты сводишь меня с ума. — Его голос дрожит от силы желания, и моё тело отзывается трепетом.

Он прижимается ко мне всем телом, и я чувствую твердость его желания. Он слегка прикусывает мою ключицу, прежде чем скользнуть рукой ниже, приподнимая слои платья и подставляя мои ноги ночному воздуху.

Его поддразнивания остаются без ответа: кажется, сама мысль о том, что я поймана, только добавляет азарта этой ночи. Он встречается со мной взглядом, и в этих золотых глазах мелькает озорство за миг до того, как он опускается передо мной на колени. Он задирает мою юбку и прижимается поцелуем к нежной коже бедра.

— Эш... — мой голос звучит как мольба, наполовину предупреждающая, наполовину требующая большего. — Мы же всё еще... в коридоре.

Его тихий смешок вибрирует на моей коже, а когда он поднимает голову, его веки тяжелы от страсти.

В моих мыслях звучит его ответ, хоть он и не произносит его вслух: «Мне плевать».

— Тогда тебе лучше помалкивать.

Кровь закипает, когда он ведет языком выше, к моему пульсирующему жару. Дрожу от потребности, пока он подбирается всё ближе к заветному месту. У меня перехватывает дыхание, когда его губы находят скопление нервов в самом центре моих бедер. Он отодвигает кружево белья и ласкает мою чувствительную плоть. Удовольствие пронзает меня насквозь. Схватив его за волосы, я пытаюсь подавить стон, но вряд ли мне это удается.

Удерживаю его голову, пока его язык проникает внутрь меня; стою, вся дрожа, боясь шевельнуться, боясь, что он остановится или что я привлеку внимание к нашему занятию.

Его пальцы скользят к моему входу, и он вводит один внутрь; его ленивые движения раздувают пламя внутри меня, но пока не доводят до предела. Выгибаю спину, когда он добавляет второй палец и начинает двигаться быстрее, подгибая их, чтобы найти ту самую точку, что сводит меня с ума.

— Пожалуйста... — выдыхаю я, и он втягивает меня в свой рот. Выгибаюсь навстречу, стон срывается с губ, когда оргазм настигает меня врасплох.

Содрогаюсь, отдаваясь последним волнам наслаждения, захватившим тело. Даже пальцы не слушаются — я не могу больше удерживать подол платья, как делала до этого.

Он встает и наклоняется к самому моему уху, шепча:

— Ты в порыве страсти — это самое сексуальное зрелище в моей жизни.

Он подхватывает меня на руки, и мы покидаем наше укрытие в поисках более приватного места, где сможем закончить начатое. В его кабинете царит мрак, прорезаемый лишь красным лунным светом из окна. Дверь закрывается за нами с громким стуком; я едва замечаю следы золотой магии на дереве и стенах. Заклинание, чтобы никто не вошел.

Всё внутри трепещет в предвкушении. Эш усаживает меня на свой новый деревянный стол, что-то падает на пол, с дребезгом разбиваясь о мрамор.

Моё хлопковое платье казалось легким в душной жаре середины лета, но теперь, когда он развязывает банты на плечах и стягивает ткань, обнажая грудь, ему приходится буквально отлеплять его от моей кожи.