Вспышка яростной боли обожгла пальцы — столь же сильной, как и в первый раз, когда она пыталась коснуться этого проклятого украшения. Вытащив из кармана второй платок, Сэфа намертво зажала его зубами.

Кольцо не поддавалось. Пальцы свело судорогой; Сэфе пришлось на миг остановиться, чтобы заглушить крик, уткнувшись в сгиб локтя, пока невидимый огонь пожирал руку до самого плеча.

Нужно было просто выбросить кольцо в окно, сбежать из дворца и закопать его в саду, пока Вайда не очнулась и не подняла стражу. Даже если она просто швырнет его на улицу, это задержит султаншу, пока Арин не остановит её или не разгадает замысел насчет Мираяха.

Вот только проклятое бездной кольцо не снималось.

Сосредоточив все силы на упрямом металле, Сэфа не заметила движения, пока каблук не врезался ей прямо в лицо. Оползень из кружев обрушился сверху — Вайда повалила её на пол. Из рассеченной скулы султанши хлынула кровь, закапав Сэфе подбородок. Губы Вайды растянулись в жутком оскале.

— Наконец-то, — прошипела она. — Я всё ждала, когда ты выйдешь поиграть.

Внутри у Сэфы всё перевернулось. Время вышло. Стоит Вайде закричать, и стража скрутит её в тот же миг. Имея в руках реликтовое кольцо в Мираяхе, султанша сможет выпустить на волю всю безумную магию этого мира — возможности безграничны. Война разорвет Низал и Лукуб в клочья, как когда-то Джасад, а Вайде плевать на жизни, через которые она перешагнет на пути к цели.

— Прости, — выдавила Сэфа. Слезы жгли глаза, когда рука скользнула в складки юбки. В карман, который она до последнего надеялась никогда не открывать. — Мне так жаль.

Движением, которое Сильвия заставила её повторить сотню раз в подземных туннелях, Сэфа вцепилась Вайде в горло и резко перекатилась, впечатывая султаншу в пол.

Султанша отчаянно сопротивлялась, вонзая ногти в её руки и грудь, но Сэфа была тяжелее и сильнее. Нельзя было дать Вайде сделать вдох для крика.

Где-то на задворках сознания, в самой расчетливой его части, до сих пор жил тот момент из гардеробной: слабая хватка Вайды на её запястье и дикий ужас в глазах перед лицом смерти.

Свободной рукой Сэфа прижала правое запястье Вайды к полу под своим коленом и выхватила нож.

Едва завидев лезвие, султанша забилась, словно выброшенная на берег рыба.

— Пожалуйста, не двигайся, — разрыдалась Сэфа. Перед глазами всё плыло. — Пожалуйста.

Сэфа надавила острием ножа на пальцы Вайды, заставляя их раздвинуться как можно шире, и, не давая себе ни секунды на колебания, с размаху вонзила лезвие сверху.

Дрожь беззвучного крика ударила Сэфу в ладонь. Глаза Вайды закатились. Наконец, наконец-то она затихла.

Коротким, злым движением смахнув текущие по щекам слезы, Сэфа разжала пальцы на горле султанши и осторожно, за самый ноготь, подняла отсеченный палец вместе с кольцом.

Её вывернуло наизнанку; пришлось ухватиться за ножку комода, чтобы не упасть. На большее отвращение времени не было. Сэфа запихала палец в потайной карман юбки и окровавленным ножом принялась кромсать покрывало на ленты. Она слишком часто выхаживала Марека и девчонок в крепости, чтобы помнить главное правило: кровь нельзя оставлять сочиться.

Затянув жгуты на ране, она оттащила Вайду за кровать — на случай, если стражники заглянут в комнату, когда она будет выходить, и увидят распростертую султаншу.

Сэфа еще раз проверила повязку, убеждаясь, что она не ослабла. С Вайде всё будет в порядке. Рана затянется, к тому же Сэфа ухитрилась не задеть остальные пальцы.

Разгладив юбки, она сделала глубокий вдох, заставляя бешено колотящееся сердце замедлить ход. Нельзя выдавать себя.

Уходить с пустыми руками подозрительно, поэтому Сэфа подхватила стоявшую у двери корзину для белья. Пристроив её на бедре, она утерла со лба взмокшие кудри и сосчитала до десяти, прежде чем взяться за дверную ручку.

Внезапно по затылку пополз ледяной холод. Он заглушил все звуки, пропитав одежду и въедаясь в кожу.

Прежде чем стужа добралась до позвоночника, Сэфа обернулась.

Вайда стояла по ту сторону кровати, уставившись на неё молочно-белыми глазами.

«Это не Вайда» , — прошептал внутренний голос.

Первобытный инстинкт сковал каждую мышцу. Сердце Сэфы ухнуло куда-то в пятки, но она заставила себя замереть. Так замирает добыча в дикой природе — или человек перед лицом чего-то очевидно нечеловеческого.

— Всё в порядке, маленький цветок. — Губы Вайды шевелились, но это был не её голос. Он накатывал глубокими волнами, словно буря, надвигающаяся на чистый горизонт. — На меня возложена защита печати Байры ради её законных наследников, но она выбрала тебя. — Вайда указала сочащейся кровью рукой на дверь. — Хотя тебе лучше поторопиться, пока она не пришла в себя.

Белые сферы под ресницами Вайды снова закатились, и она без чувств повалилась на пол.