— Вы видите, какой острый этот нож? Зачем ей палец?

Аран постучала себя по губе, наблюдая, как я убираю лезвие.

— Вообще-то, я подумываю отрезать себе палец, чтобы завести такой же. Никто не ожидает клинка, и это делает удар чертовски эффективным.

Я лучезарно ей улыбнулась.

— О, я не знала, что ты об этом думаешь. Я могу отрезать твой.

Аран улыбнулась в ответ.

— Я дам тебе знать. Может быть, сделаем это в следующий раз...

— Никто не будет отрезать себе пальцы, — вмешалась доктор Палмер своим привычным монотонным голосом, полным презрения.

Терапевт закрыла глаза, словно считая до десяти.

Когда она их открыла, она указала на мой торс, прикрытый майкой, и попробовала новую линию вопросов.

— И я вижу, что ты по-прежнему предпочитаешь не носить зачарованное кольцо. Как ты себя чувствуешь, видя свои шрамы каждый день?

— Это здорово, — улыбнулась я. — Я заработала отличную репутацию в городе. Оборотни боятся девчонку со шрамами. Это облегчает работу мафии.

Аран дала мне пять.

— Да, вы бы видели её на улице. Оборотни разворачиваются и убегают, когда видят её. Все в ужасе от девчонки, которая в сговоре с Верховным Судом и о которой ходят слухи, что внутри неё богиня.

Я слегка толкнула Аран в плечо рукой, в которой не было ножа.

— Не так сильно боятся, как парня-фейри, который стреляет сосульками смерти.

Щеки Аран покраснели от похвалы.

Она всё еще маскировалась под парня и обзавелась огромным фан-клубом в городе. В основном это были женщины-беты и некоторые мужчины, очарованные её «фейским» шармом.

Доктор Палмер сделала долгий глоток воды и пробормотала что-то о том, что ей нужно повышение зарплаты.

— Хорошо, — бросила терапевт и отвернулась от меня.

Она подняла руку.

— Теперь, Аран, ты перестала спать в одной постели с Сэйди теперь, когда она состоит в отношениях стаи с четырьмя мужчинами? Раз уж ты просто её друг?

Терапевт посмотрела на нас, прищурившись.

Она думала, что мы в тайных отношениях, и не могла понять нашу динамику (она не знала, что Аран на самом деле девушка, эта информация была выше её уровня допуска).

— Нет, — сказала Аран, глядя на меня и улыбаясь. — Я не могу уснуть, если не лежу с ней в одной кровати. Я попробовала один раз, и это было ужасно.

Доктор Палмер нахмурилась.

— Ты понимаешь, что это нездорово? Ты избегаешь своих личных проблем, полагаясь на Сэйди, что неустойчиво. Кроме того, ты мешаешь её романтическим отношениям и своим собственным.

— Какие еще «собственные отношения»?

Аран рассмеялась над такой нелепой идеей.

Крем за сто тысяч кредитов сотворил чудеса с её зудом, но спина всё еще горела, когда она возбуждалась.

К тому же, делу не помогало то, что она была разыскиваемым монархом в бегах под личиной парня.

— На самом деле... — я поджала губы. — С ней спать приятнее. Не волнуйтесь, у меня постоянно секс с мужчинами в «гнезде» Ксеркса. Но мужчины все огромные и имеют привычку наваливаться на меня всем весом и расплющивать. Я предпочитаю ложиться с Аран после этого. Так спокойнее.

Аран поперхнулась.

Морщины терапевта натянулись еще сильнее.

Она закрыла глаза, глубоко вдыхая.

Когда она заговорила, её зубы были стиснуты.

— А разве не правда, Аран, что ты всё еще пытаешься задушить Сэйди во сне? Не уверена, что это можно назвать «спокойным опытом».

— Эй, — сказала я в защиту подруги. — Немного удушья еще никому не повредило. Я взрослая девочка и могу с ней справиться.

Доктор Палмер закрыла лицо руками, словно была на грани нервного срыва.

— Суть в том, что ты не должна этого делать. Сражаться за свою жизнь каждую ночь. Это ненормально.

Я фыркнула.

— Иногда мы просто обнимаемся. Не делайте из этого что-то странное.

Аран кивнула.

— Сэйди в этом плане милашка.

Терапевт повысила голос, что было крайне непрофессионально:

— Аран, ты хотя бы бросила курить? Я знаю, что ты использовала магическую дурь как опору.

— Вообще-то, я бросила окончательно.

Глаза доктора Палмер расширились от удивления, и её лицо впервые за весь прием смягчилось.

— Ого, это действительно впечатляюще, Аран. Я горжусь тобой за то, что ты встретилась лицом к лицу со своей...

Она замолчала, когда Аран достала трубку и затянулась.

— Шучу. Я десяти минут без неё не выдержу.

У доктора Палмер дернулась бровь.

Спустя несколько минут мы уже шли обратно в поместье.

— Не понимаю, почему она нас выставила. Была такой грубой, — с досадой сказала Аран, когда мы вошли в вестибюль.

Я подняла руки в знак согласия.

— Вот именно. Мы не идеальны, но зачем вести себя как стерва? Чего она хочет от меня? Чтобы я плакала весь день из-за того, что у меня страшные шрамы и крутой нож? Извините, я не дура.

Аран агрессивно закивала.

— Точно. Ладно, я не идеальна. Иногда я душу людей во сне. Бывает.