Я взяла блестящее золотое сердечко на конце цепочки и поднесла ближе, чтобы прочитать надпись. С каждой стороны было выгравировано по два слова.

Собственность Кобры.

Я перевернула его.

Моя кошечка.

— Абсолютно нет. Никогда.

— Ты моя пара, — прорычал Кобра, как будто это всё объясняло.

Я устало потерла лицо руками.

— Да пошел ты. Почему бы тебе тогда не надеть ошейники на всех остальных мужчин?

— Потому что это другое. Они не мои котята, как ты, — сказал Кобра таким тоном, будто это было «очевидно», и я здесь — дурочка.

Я зарычала и бросилась на него, не уверенная, планирую я его задушить или просто избить.

Тела под нами застонали, когда мы начали бороться на них.

— Оба, спать, — устало пробормотал Ксеркс.

Я раздраженно зашипела:

— Кобра пытается заставить меня носить ошейник.

Глаза Ксеркса резко открылись.

Спустя мгновение Ксеркс уже удерживал меня на коленях у Кобры, пока этот психопат шлепал меня.

Кобра благоговейно прошептал, массируя мою задницу:

— Я же говорил, что накажу тебя за то, что ты спорила со мной на балу.

— Он же тебе говорил, — буднично заметил Ксеркс, как будто они оба не вели себя абсолютно иррационально. Он потянул за длинную цепочку на моей шее и прошептал: — Малышка, ты начнешь считать удары для нас, или мы добавим еще десяток.

Ладонь Кобры опустилась на мою ягодицу, и я застонала от удовольствия.

Затем он провел пальцами по курсивным буквам татуировки у меня на позвоночнике: ВЕРНОСТЬ.

Выглядело довольно сурово, если спросите меня.

Разумеется, все мужчины набили это себе на шее для максимального эффекта, даже Ашер, который просто разместил надпись поверх своих языков пламени.

Я выбрала спину, потому что она была покрыта мозаикой шрамов. Моя кожа рассказывала мою историю, и я не собиралась забывать прошлое, потому что больше не хотела от него прятаться.

Вместо этого я создавала что-то новое.

Кобра шлепнул меня сильнее, и я прорычала:

— Пошли вы оба. — Но связь, крепнущая между нами, рассказывала совсем другую историю.

— Мы тоже тебя любим, — ответили они хором, пока Ксеркс тянул за цепь, а Кобра продолжал порку.

Позже, когда мы все изнеможенно повалились в кучу, Джакс притянул меня к себе.

Громила устроил меня между своих ног и прошептал:

— Ты в порядке, любовь моя? Они не были слишком грубы с тобой?

— Нет, было весело, — сонно ответила я, вдыхая его аромат каштанов.

Джакс собрал мои спутанные волосы в руки и начал мягко их заплетать.

Ашер сел с нахальной улыбкой.

— Я в порядке, Джакс, спасибо, что спросил. — Он перекатился и прижался ко мне.

Я рассмеялась над его выходками.

Теплые пальцы Джакса касались моей шеи, посылая приятные мурашки по позвоночнику.

С тех пор как я потеряла палец, он взял на себя обязанность причесывать меня. Я говорила ему, что всё еще могу делать это сама, но он и слушать не хотел. В итоге я постоянно оказывалась прижатой к этому здоровяку, пока он плел мне косы.

Теперь я просто таяла в объятиях Джакса, пока он аккуратно укладывал мои волосы и оставлял нежные поцелуи на моем лбу.

В его руках я чувствовала себя в тепле и безопасности.

— О, я тоже хочу поцелуй, — пожаловался Ашер, и его татуированные руки игриво обхватили нас.

Мы втроем рассмеялись, теснее прижимаясь друг к другу.

Не желая оставаться в стороне, Кобра и Ксеркс подползли ближе, так что мы образовали одну гигантскую кучу.

Словно пятиконечная звезда, золотая нить соединяла нашу стаю.

Любовь держала нас вместе.

Навсегда.

И я бы не променяла это ни на что на свете.

Аран. Элитная академия

Прозвенел звонок.

— Я открою! — крикнула я, не желая беспокоить Сэйди и её мужчин.

Моя лучшая подруга заслужила немного покоя, особенно после всего, что произошло. Отсутствие безымянного пальца было постоянным напоминанием о том, что эти ублюдки причинили ей боль.

Тьма моей души забилась в своей клетке.

Остановившись и прижавшись лбом к стене, я вдохнула дым своей зачарованной трубки.

Ты их убила. Они исчезли.

Я заставила себя сохранять безразличие и успокоить монстра, которого привыкла считать самой собой. Спускаясь по большой лестнице из красного дерева и вдыхая дым на каждом шагу, я коснулась кармана толстовки. Я погладила маленькую трубку размером с палец, которую мне достал Ашер.

Снова звонок.

Какой наглый ублюдок заявился в наш дом в полночь?

Я стиснула зубы; мой монстр зарычал громче, ударяясь о стальные прутья клетки. Еще одна пауза, еще одна долгая, глубокая затяжка. Любое внешнее воздействие угрожало состоянию оцепенения, которое я так старательно создавала.

Место между лопатками нестерпимо чесалось.

Вдох дыма на пять секунд, задержка на пять секунд, выдох на пять секунд, пауза на пять секунд.