На кухне она наливает огромную кружку кофе и сгребает с кухонного островка фигурки Lego Ninjago.

— Готов к заслуженному дню отдыха и расслабона? — спрашивает она Скотта. — Тим ждет меня к одиннадцати. Мы высаживаем ряд кустов голубики у тех клиентов в Глен-Эко.

Скотт виновато улыбается:

— У меня плохие новости.

— Нет, даже не начинай. — Она качает головой и ставит кружку. — Я ничего не слышу...

Он поднимает руку:

— Мне нужно на работу.

— Скотт, ну нет! — Ее идеально распланированные выходные летят к чертям. — Ты же говорил, что сегодня свободен и посидишь с детьми!

— Ты не можешь перенести?

— Не могу. Кусты нужно посадить именно сегодня.

— Но тебе же не обязательно там присутствовать? Тим сам справится, разве нет?

Технически он прав. Тим Ромеро, ее правая рука, способен проконтролировать любую посадку. Она доверяет ему безоговорочно. Но Эйми любит контролировать все лично. Вечно возникают какие-то нюансы. В конце концов, это ее имя стоит в названии фирмы и красуется на борту рабочего грузовика — «Ландшафтный дизайн Стерн».

— Дело не в этом. У нас была договоренность.

— Лиза или Гвен могут присмотреть за детьми, так ведь?

— За тремя сразу?

— За мной не надо присматривать! — заявляет Ноа, вбегая на кухню. — Я могу поехать посмотреть на котят!

— Каких еще котят? — хмурится Скотт.

— Я же говорила тебе: у моей клиентки. Кошка окотилась.

— А, точно-точно. — Он кивает, но Эйми видит, что он ни черта не помнит. В последнее время он настолько поглощен работой, что пропускает мимо ушей почти все ее слова. Она напоминает себе, что его проект призван облегчить жизнь людям с диабетом. Его собственная мать умерла от осложнений этой болезни, когда он учился в выпускном классе, так что успешный запуск этой программы для него имеет личное значение. — Посмотреть котят — отличный план, по-моему.

— Ура! — Ноа прыгает от радости, уверенная, что победила.

— Да, но... —Но это не план, думает Эйми. Это судорожные попытки пристроить детей, напрягая подруг и клиентов, пока Скотт даже пальцем не пошевелил, чтобы найти решение. — Мне это не нравится. Приходится обзванивать людей, просить посидеть с моими детьми... ломать весь свой день.

— Ну а для чего еще нужны друзья? — парирует он.

Эйми прищуривается, но ничего не отвечает.

— Слушай, я сам напишу Гвен, — предлагает он. — Скажу, что это мой косяк. Так пойдет?

— Ну хоть немного полегче. — Она смотрит, как он достает телефон и быстро строчит сообщение.

— Готово, — говорит он. — Видишь? Ничего сложного.

После завтрака они со Скоттом одевают детей и собирают их на выход. Уже стоя в дверях, Эйми замирает:

— Гвен ответила? Она знает, что мы идем?

Скотт смотрит на экран:

— Вообще-то, нет, не ответила.

Эйми на секунду колеблется. Гвен из тех людей, кто отвечает на сообщения сию секунду. С другой стороны, можно просто заскочить. Сюрприз! Они с Гвен достаточно близки, чтобы та отнеслась к этому спокойно. Случись обратная ситуация, Эйми без лишних слов забрала бы Джорджа и Рафи к себе.

И все же, шагая по дорожке к соседнему дому, она ощущает смутную, необъяснимую тревогу. Когда она замечает припаркованную у дома Гвен чужую машину, тревога перерастает в панику. Она знает каждую машину в их тупике, и этому темному седану свежих годов выпуска здесь явно не место. Что-то стряслось. Она поднимается на крыльцо Гвен и жмет на звонок.

— Я не хочу оставаться с мальчишками! — ноет Ноа, возникая рядом. — Они слишком шумные! Терпеть их не могу! — Она зажимает уши руками.

— Можешь послушать музыку. Возьмешь у Гвен айпад.

— Не хочу я айпад! Я хочу к котятам! Я хочу кормить их из бутылочки!

У Эйми сжимается сердце: она чувствует себя отвратительной матерью. Из тех, кто вкалывает по субботам и пытается сунуть ребенку экран вместо нормальных радостей вроде возни с животными. Если бы только Скотт не переиграл все планы этим утром... Близнецы огибают дом, отщелкивают щеколду на калитке и сами забегают на задний двор.

— Иди к братьям, — говорит Эйми Ноа.

Девочка сверлит ее злым взглядом, нижняя губа предательски подрагивает. На долю секунды Эйми охватывает ужас, что дочь сейчас закатит одну из своих грандиозных истерик. Но Ноа лишь срывается с места и бежит по дорожке за братьями. Эйми провожает ее взглядом, пока та не скрывается на заднем дворе, а затем снова оборачивается на припаркованный у обочины седан. Она насчитывает четыре антенны... неужели полицейская машина без опознавательных знаков?

В голове всплывает ночная ссора.

Ярость, крики:«Я не позволю тебе сломать мою жизнь!»

Она отгоняет дурные мысли, слыша приближающиеся за дверью шаги. Это же Гвен и Антон. Они прекрасные люди. Да, со своими заскоками, но в глубине души хорошие. Она уже дважды ездила с ними в отпуск: один раз в Вермонт, в дом родителей Гвен, и этим летом на Внешние отмели. Они не из тех людей, к кому приезжает полиция.