Я удивленно посмотрела на женщину. Она приняла волка за деда в ином обличье?

— Все вы — волчьи шкуры, — она погрозила мне пальцем. — Но постой, у меня кое-что есть для тебя. — Она порылась в своих товарах и вернулась с корзиной, полной земляники. — Я собиралась на рынок, когда невестка принесла их мне. Она лентяйка, так что я удивилась. А она говорит: «Я слышала голос Фригг. Она велела отнести их на рынок». Я знала, что ты придешь. Берегла их для тебя.

— Спасибо, — удивилась я, потянувшись за кошелем.

Она оттолкнула мою руку.

— Нет. Это боги позаботились о том, чтобы ягоды достались тебе.

— Тогда благодарю их… от имени моей очень беременной сестры.

Старушка мягко улыбнулась, но затем её веселый взгляд потух.

— У моей внучки есть малютка, дочка, ей скоро три года. Они обе на ферме со мной.

Хелла приподняла бровь.

— А ваш сын? Внук?

Люнгхейд вздохнула.

— Мой сын погиб у берегов Больмсё. Моя внучка доверилась медовому языку человека, который её не любил, а лишь оставил с ребенком. У некоторых мужчин языки как змеи. Они извиваются и вползают в доверие, но им плевать на то, что принадлежит им. Они берут что хотят ради забавы, не думая о других. За такими нужен глаз да глаз — и вовремя огреть хворостиной, если надо. Кстати о том… Земляника — от Фригг, дева щита Больмсё, но вот это — от меня.

Она протянула руку и вложила мне что-то в ладонь.

— Смотри в оба здесь, в Хальмстаде. Но помни: люди здесь знают, что старый Арнгрим пощадил нас после безумства Асмунда.

Старушка похлопала меня по руке костлявыми пальцами.

Я прижала руку к груди и заглянула в ладонь.

Там лежал цветок мака.

Я подняла глаза на Люнгхейд. Она понимающе кивнула мне и отвернулась к другому покупателю.

— Что там? — прошептала Хелла.

Я приоткрыла ладонь ровно настолько, чтобы она увидела цветок.

— По крайней мере, теперь мы знаем, — сказала я, глядя в сторону чертога, где суетились стражники Асгера.

— По крайней мере, теперь мы знаем.

Я убрала корзину с земляникой в сумку, и мы с Хеллой направились к чертогу, понимая: «цветок Бломфьялля» уже пустил здесь свои корни.

 

Глава 55

 

— Хервор! — воскликнул Асгер, радостно улыбаясь мне. Он поднялся со своего трона и пересек зал нам навстречу. Жестом он подозвал одного из своих людей, и тот поспешил в жилые покои в глубине чертога.

Я вопросительно приподняла бровь, глядя на Хеллу. Та положила руку на рукоять меча.

Взгляд Асгера переметнулся с Хеллы на Рёка, который, как я заметила, был в одном движении губ от яростного оскала.

— Тише, — прошептала я волку.

— Не ожидал тебя увидеть, — сказал Асгер с неловкой улыбкой. — Мы посылали гонца на Больмсё. Узнали, что пришла лихорадка, и остров закрыт.

Я кивнула.

— Да, болезнь пришла и к нам. Я тоже слегла. Приехала посмотреть, как тут дела у вас… и как ты сам. Я беспокоилась, — произнесла я, стараясь улыбаться как можно мягче, пуская в ход всё женское коварство, на которое была способна, хотя волк внутри меня чувствовал себя точь-в-точь как Рёк. Нет. Именно как Рёк.

При этих словах Асгер смягчился.

— Спасибо, что думала обо мне.

Я ответила ему сладкой улыбкой. Однако внутри я кипела от ярости. Люнгхейд обнажила ту сторону Асгера, которую он пытался скрыть. Неудивительно, что между ними чувствовалось напряжение. Он бросил внучку Люнгхейд с ребенком. Теперь я знала, что он за человек. Неужели он всё это время просто играл со мной? Более того, лгал ли он мне о своей преданности Сольве? Играл на обе стороны? Я не могла знать наверняка. Но сердцем я чувствовала: Люнгхейд куда честнее своего ярла. И вот он стоит здесь и улыбается, будто в мире всё в полном порядке.

— Пойдешь со мной? Я бы хотел показать тебе порт. Сегодня прибыло много купцов, привезли всякие заморские товары. Хочу, чтобы ты взглянула. Ты и Хелла, верно?

— Да, ярл.

— Жаль, что Рагала нет с вами. А где остальные?

— Неподалеку, — солгала я, махнув рукой в сторону выхода.

Асгер кивнул.

— Идем, — он направился ко мне. Но когда он попытался взять меня под руку, Рёк зарычал.

Люди Асгера шагнули вперед, наполовину выхватив оружие.

— Рёк, — я сделала знак волку. — Он слишком меня оберегает, — пояснила я.

— Волки Больмсё… — Асгер нервно покосился на зверя. — Правда ли, что они живут в самых густых лесах острова?

— Истинная правда, — вставила Хелла. — Рёк — всего лишь щенок по сравнению с остальными. Волки дичатся чужаков и стараются не показываться на глаза, но кровь Гери и Фреки, волков Всеотца, на Больмсё очень сильна.

Похоже, Хелла тоже была сыта Асгером по горло. Напугать его до икоты казалось мне недостаточным наказанием.

— Оно и видно, — проговорил Асгер, и в его голосе промелькнула тревога.