Я снова обвела взглядом комнату. Хелла сидела, сжимая руку своего ребенка. Её обычно суровое лицо превратилось в маску глубокой скорби. Я хотела сказать что-то, сделать хоть что-то, чтобы подбодрить её, но понимала: это бесполезно.

У ног мальчика, в своем вороновом платье, стояла Хель. Лицо её было печальным. Она протянула руку к Хальварду, и тот поднялся — не телом, но духом — и взял дочь Локи за руку. Вместе Хель, Хальвард и старая женщина шагнули в эфир, прочь из храма.

Но в последнее мгновение, перед тем как исчезнуть, Хель оглянулась на меня, глядя своей прекрасной стороной лица. Она печально улыбнулась, склонила голову и увела мертвых за собой.

 

Глава 52

 

В последующие дни я трудилась бок о бок с Дагни, Ингрид, Снорри и Арне, ухаживая за больными. Храм был переполнен страждущими, и до нас доходили вести, что еще больше людей умирает в своих домах. Опасаясь за Эйдис и Арнгрима, я не возвращалась в залу. Я не знала, как именно разносится эта зараза, но мне казалось неправильным входить в дом, когда моя одежда и волосы пропитались зловонием болезни. Мне было достаточно знать, что те, кого я люблю, включая Ирсу, пока в здравии.

Как и над Бломфьяллем, черное небо над Больмсё вскоре заполнилось дымом — это уходили в последний путь мертвые. Первыми пали старики, немощные и совсем маленькие дети. Однако однажды утром, после того как я почти не смыкала глаз с самого приезда, Дагни лишилась чувств. Она шла через храм с ведром воды в руках и внезапно рухнула.

— Дагни! — вскрикнула я, бросаясь к ней.

Арне поспешил мне на помощь. Я наклонилась к ней, потрясла за плечо.

— Дагни! — звала я, но она лишь невнятно бредила.

— Давай перенесем её, — сказал Арне, подхватывая её под мышки, пока я держала её за ноги. Мы уложили её на подстилку у стены.

К нам подошла Ингрид. Она приложила руку ко лбу Дагни.

— Жар.

Я пересекла комнату, смочила полотенца и поспешила обратно. Когда я опустилась на колени, в голове помутилось, и комната поплыла перед глазами.

— Хервор, — Арне протянул руку, чтобы поддержать меня.

— Всё в порядке. Я просто устала.

Я промокнула лицо и шею Дагни прохладной тканью. Она буквально сгорала.

— Ты слышала, чтобы она кашляла? — спросила я Ингрид, которая смешивала питье.

— Я… я не уверена. Может быть. Сегодня утром — да, кажется.

Я нахмурилась. Я была так поглощена делом, что даже не заметила этого.

Ингрид замерла и внимательно посмотрела на меня.

— Что такое?

— Ты потеешь.

— Здесь чертовски жарко.

— И ты бела как снег.

— Со мной всё хорошо. Давай займемся Дагни. Дагни, ты меня слышишь?

Ингрид приподняла гитью и поднесла кубок к её губам. Глаза Дагни затрепетали и открылись.

— Что случилось? — прошептала она.

— Ты упала в обморок. У тебя лихорадка. Теперь тебе нужно отдыхать, — сказала ей Ингрид.

Дагни зашлась в тяжелом кашле, кивнула и снова закрыла глаза.

Ингрид широко раскрытыми глазами смотрела на жрицу.

— Без неё мы пропали. Я… я пойду помолюсь богам.

Она резко встала и ушла.

Я закрыла глаза.

Один. Всеотец. Будь с нами.

Всё началось с легкого хрипа в груди. Назойливое раздражение, будто там застряло что-то, от чего нельзя было избавиться, сколько бы воды я ни пила. Сперва кашель был слабым. Я не обращала на него внимания, думая, что в горле просто пересохло. Но когда солнце зашло, глотать стало больно, и на меня навалилась такая усталость, которую невозможно было отрицать.

Ингрид нашла меня на скамье; я смотрела на тех, кто спал или умирал перед идолом Одина на другом конце зала. Она приложила руку к моему лбу.

— Можешь не говорить, — прервала я её. — Я немного отдохну и сделаю, что смогу. Им нужна вода, — я указала на людей впереди. Я заставляла себя встать и подойти к ним еще до захода солнца, но безуспешно.

— Я сама о них позабочусь, — ответила Ингрид. — И, Хервор, больше не работай. Ты же видишь, как всё идет. Сильные выстоят, слабые — нет.

Я сидела, не сводя глаз с изваяния Одина.

Один. Всеотец. Если ты привел меня сюда, чтобы я умерла на земле моего деда, я благодарю тебя. По крайней мере, я умру любимой.

Бог не ответил.

Я встала, медленно пересекла зал и легла рядом с Дагни, которая содрогалась во сне. Всё моё тело ныло. Я протянула руку и взяла её за ладонь.

— Если Хель придет за тобой, мы можем уйти вместе, — прошептала я ей.

— Хервор… уходи сама. А я собираюсь поправиться, — ответила она и тихо рассмеялась, тут же закашлявшись.

— Ладно. Давай полежим здесь и не умрем. А когда придет срок, уйдем в сиянии славы и встретимся в Вальхалле.

— Хервор…

— Да?

— Помолчи.

Я усмехнулась и провалилась в глубокий сон.

Сон был всё тем же.