— Неизвестно, — сказал Арне. — Шепчутся, что Сольву посещали йотуны, и ребенок — плод этого союза. Но кто может знать наверняка? Сольва никогда не выходила замуж. Она желала только одного мужчину, но он ее не принял. — Она повернулась и многозначительно посмотрела на меня.

— Ангантюр?

Арне кивнул.

Дагни мягко улыбнулась.

— Думаю, отчасти именно поэтому она нас ненавидит. Ангантюр не был жесток в своем отказе. Его больше оттолкнуло то, что она настаивала, чтобы он на ней женился. Она заявила, что такова воля богов. Мне было примерно столько же лет, сколько тебе сейчас, когда она пришла сюда на блот и потребовала, чтобы Ангантюр взял ее в жены. Она сказала, что ей было видение двух девушек, дочерей — его и ее — стоящих бок о бок. Ангантюр не захотел ее слушать. И ничем хорошим это не закончилось.

— Я бы тоже не рискнула выйти замуж за йотуна, — хихикнула Эйдис. — Ещё сожрёт ночью спросони.

Арне усмехнулся.

— Было ясно, что Ангантюр не проявляет к ней интереса. И прямо об этом заявил. Ангантюр был моим любимым из всех детей Арнгрима, — сказал мне Арне. — Он был любознательным и умным, в отличие от своих братьев. Он проводил здесь много времени. Он хотел понять их путь, — добавил Арне, указывая на волков, сидящих у ног Одина.

— И у него получилось? Говорят, Ульфхеднары — волки-берсерки — действительно могут менять физическую форму. Это правда? — спросила Эйдис.

Я краем глаза взглянула на Ирсу.

Ни один мускул на её лице не дрогнул.

Арне слабо улыбнулся.

— Этот же вопрос задавал и Ангантюр.

— И он нашёл ответ? — поинтересовалась я.

— Это принадлежало Ангантюру, — сказал он, указывая на Тюрфинг. — И из-за этого он так и не нашёл ответ.

— Что вы имеете в виду?

— В своих битвах он полагался на меч. Ангантюр чувствовал красную ярость, но позволил проклятому мечу стать его собственными зубами. Возможно, его дочь сможет найти другой путь.

Я положила руку на эфес меча. Меч давал мне имя, но не определял мою судьбу.

— Задолго до Тюрфинга в Больмсё правили Ульфхеднары. Отец Арнгрима и отец его отца, и так далее, — сказал Арне. — Им не нужен был проклятый меч, чтобы стать легендарными воинами.

Я кивнула. Значимость его слов не ускользнула от меня.

— Возможно, сегодня от нас будет больше пользы, если мы будем размахивать молотом, — сказала Ирса, указывая на двери. — Если Асмунд придет, мы должны помочь остальным подготовиться к войне.

— Да, — согласился Нэфи. — Вы должны быть полезны. — В его голосе прозвучали нотки, говорившие о том, что ему плевать на титулы: имя и уважение нужно заслужить.

Дэгни бросила на него строгий взгляд.

— Уверена, здесь рады любой помощи.

Эйдис вздохнула.

— Вам двоим это придётся по вкусу, а я останусь со Сколлем и Хати у костра. Что толку от моего молота? Я смогу помочь Ингрид, если ей что-то понадобится. У меня есть кое-какие навыки в травоварении, и я многому научилась, следуя за Хервартом.

Дагни улыбнулась.

— Вёльве здесь всегда рады.

Ирса поднялась.

Я задержалась, глядя на жрецов.

— Я пришла по воле богов. Я здесь, чтобы помочь. Надеюсь… надеюсь, могу доверить вам свою тайну.

— Мы служим Больмсё и дому Арнгрима, — сказала Дагни. — Если Один счел нужным прошептать о вашем приходе, мы не предадим Всеотца.

В то время как Дагни выглядела серьезной, а Арне — спокойным, хоть и настороженным, что-то в Нэфи мне не нравилось. Мне не нравилось, что он знает, кто я.

— Отлично.

Мы с Ирсой укутались и отправились обратно на улицу, оставив Эйдис развлекаться у теплого огня. Но зная Эйдис, можно было не сомневаться, что она быстро разговорит своих новых знакомых. Какими бы ни были пробелы в этой истории, мы скоро узнаем правду. Локи был не единственным, кто мог уболтать кого угодно.

Пока мы с Ирсой шли по холоду, я размышляла над словами жреца. Мой отец отличался от своих братьев, он был любознательным человеком, ведомым богами. Но я хорошо услышала предостережение жреца. В моей крови уже спала ярость. Тюрфинг был наградой, но он не был частью меня. Мне нужно было помнить об этом.

— Ну что, Херварт, готов идти укреплять ворота?

Я рассмеялась.

— Конечно, мам.

Ирса хихикнула и игриво потрепала меня по макушке.

— Вот безобразник мелкий! Идём.

Глава 12

В течение следующей недели мы с Ирсой и другими воинами и жителями Больмсё работали над укреплением города. Поначалу нас встретили скептически, но мы держались в тени, отвечали на вопросы о том, кто мы такие и зачем пришли, по меньшей мере, сотню раз, и усердно работали. В конце концов, нас перестали спрашивать.