Я соскакиваю с кровати, чтобы впустить его. Он делает два шага внутрь, прежде чем замечает нашу проблему.

— Я просил две кровати.

— Знаю. Я пыталась сказать администратору, но он не стал задерживаться и слушать. Я уже спала в фургоне, так что кровать целиком твоя.

Он хмурится, глядя на диванчик.

— Я могу устроиться там.

— Я не хочу спать. — Внезапно во мне поднимается глупое раздражение, хотя причину назвать не могу. — Забирай эту чертову кровать. К тому же мы взрослые люди. Если мне все-таки захочется вздремнуть, просто поделим ее. Не велика проблема.

Я произношу эти слова, но судя по тому, как в комнате мгновенно становится жарко, как в сауне, сама я в этом ни капли не уверена.

— Как всё прошло с той женщиной?

Он сбрасывает куртку, перекидывая ее через спинку диванчика, хотя из-за тяжелых карманов она сползает на сиденье. Сняв с пояса кинжал, он кладет его на прикроватную тумбочку.

— Посмотри на облака.

Я все еще держу дверь открытой, поэтому высовываю голову наружу, чтобы оценить темное небо. Как и прошлой ночью, оно затянуто глубокими фиолетовыми тучами, висящими так низко, что они полностью закрывают луну. Я поворачиваюсь обратно к Люку и запираю за собой дверь.

— Очередная Расплата?

Он кивает, усаживаясь на край кровати лицом к диванчику так, что оказывается ко мне спиной.

— Татианна говорит, что это будет уже шестая за месяц. Они происходят всё чаще.

Татианна. Красивое имя для красивой женщины. Совсем не ассоциирующееся с сыром для закусок, который лучше всего сочетается с инжирным джемом и прошутто.

— И ты доверяешь ей потому, что…?

Его смешок звучит резко.

— О, я ей не доверяю. Но у нее нет причин лгать об этом.

— Откуда вы знакомы?

Он долго молчит. Я обхожу диванчик и сажусь так, чтобы видеть его лицо, но оно наглухо закрыто манерой сдерживаться.

— В прошлой жизни мы были любовниками.

Любовники. Это слово звучит страстно — куда сильнее, чем просто «бывшая».

— Это было давно, — продолжает Люк. — Я был молодым, едва старше подростка. Мы были вместе совсем недолго. Всё развивалось быстро и бурно, как вспышка. Погасшее гораздо быстрее, чем ожидалось. У нас были слишком большие различия.

— Например, то, что она вампир?

Его лицо искажается — это все доказательства, которые мне нужны, чтобы понять: я права.

— Как ты догадалась?

Я рада, что он не пытается опровергнуть это и оскорбить мой интеллект.

— Просто гипотеза. Вся эта красная говядина в меню. Мальчик, который провожал нас в номер, кажется, учуял кровь из моей раны на ноге. Каждый напиток, который наливал бармен, был темнее и гуще обычного пива. Я и не знала, что кровь бывает на разлив.

— В последнее время они проявляют креативность, не так ли? — Он усмехается. — Да, вампиры. Татианна — глава клана Среднего Запада.

— Ты знал, что это их территория, когда мы решили здесь остановиться?

— Знал. Вампиры обычно довольно гостеприимны. Но я надеялся не столкнуться с ней.

— Ты на ее территории.

Он морщится.

— Я прекрасно это осознаю. Мы здесь надолго не задержимся.

— Если остальные вампиры узнают, что мы люди, нам крышка?

Он качает головой, откидываясь назад на локти.

— Вряд ли, если только мы не сделаем что-то по-настоящему бесячее. У них и так полно крови наготове. Для этого клана вытягивание крови прямо из источника — скорее… чувственное занятие.

Меня накрывает яркая визуализация: Люк и Татианна в разгар кровавых страстных поцелуев. Двое потрясающе красивых людей с красными отпечатками ладоней и следами от поцелуев по всему телу, в разорванной одежде…

— Бри, ты вообще слушаешь?

Я вырываюсь из навязчивых фантазий под голос Люка, полный веселья.

— А? Да. Конечно. Что ты только что сказал?

Он смотрит на меня с кривой ухмылкой.

— Я спросил, не возражаешь ли, если я пойду в душ первым.

Пятнадцать минут спустя Люк выходит из ванной в облаке пара. В отличие от киношных клише, он вовсе не прикрыт одним лишь белым полотенцем на бедрах, демонстрируя кубики пресса, в наличии которых я уверена на девяносто девять процентов. Напротив, он полностью одет, что, пожалуй, к лучшему. Если мне нельзя разгуливать в одном полотенце, то и ему не стоит.

На нем практически та же одежда, что и раньше, разве что черная футболка свежая и без единой зацепки. Проводя пальцами по волосам, он взъерошивает темные пряди, торчащие во все стороны.

— Тебя не разбудит шум, если я тоже приму душ? — спрашиваю я, поднимаясь с диванчика, где до этого перебирала вещи в дорожной сумке, и потягиваясь.

Люк качает головой и валится на кровать так, что это кажется мне умилительным, чего явно не скажешь о пружинах, которые отчаянно скрипят под его весом. Я подбираю стопку своей одежды, направляюсь в ванную и почти дохожу до двери, когда его уставший голос заставляет меня замереть.

— Не знал, что ты носишь очки.

Я бросаю на него взгляд через плечо.