Мне не хотелось оправдываться перед ним, ведь я ни в чём не была виновата. Но, если сейчас не внести во всю эту нелепую ситуацию ясность, то впоследствии она могла перерасти в настоящую катастрофу. Когда рассвет чуть забрезжил, я встала с кровати и пошла в ванную, смыть с себя остатки бессонной ночи. Гордость противилась принятому решению, но я рассудила, что лучше уж буду сожалеть о том, что попыталась вернуть доверие Марка, всё объяснив, чем ничего не предпринять, пойдя на поводу собственного малодушия и трусости.

Тихо прошмыгнув в его комнату, я застала Марка крепко спящим. На не разобранной кровати. В одежде. Сердце предательски сжалось от этой картины. Бронзовые волосы разметались по подушке, широкая грудь спокойно вздымалась и опускалась в такт дыханию. Очень аккуратно я прошла мимо него и села в кресло напротив кровати, подобрав под себя ноги. Марка сейчас вряд ли что-то могло разбудить, но всё же я не хотела создавать лишнего шума, особенно учитывая моё везение и никчемную координацию. Уставившись пустым взглядом в окно, я решила дождаться пробуждения Марка, думая о том, как мне дорог этот человек и насколько ошибочны его обвинения в мой адрес.

– Кейтлин? – Марк окликнул меня хриплым голосом, и я перевела на него взгляд.

Его помятый вид после вчерашнего вечера оставлял желать лучшего, но я поймала себя на мысли, что он в любых образах был неотразим. Даже сейчас.

– Марк, нам нужно поговорить, – я встала и приблизившись к нему, присела рядом.

– Я слушаю, – сказал он спокойно, без особого энтузиазма так, словно всё уже для себя решил, поставив на мне клеймо: «Обманщица».

– Марк, вчерашний поцелуй Джерви… Джервиса стал для меня такой же неожиданностью, как и для тебя, – говорила я, сцепив руки в замок. – У Джервиса очень болен отец, и он... мы, как обычно, болтали, я пыталась отвлечь его от грустных мыслей...

– Достаточно, Кейтлин! – попросил Марк. – Я не хочу слушать продолжение и знать какими способами ты его успокаивала.

– Марк! – повысила я голос. – Ты дослушаешь меня до конца, а потом вправе додумывать себе всё, что заблагорассудится.

Он безразлично кивнул и откинулся на подушки.

– Мы всегда хорошо общались с Джервисом и были лучшими друзьями с самого детства. Но его вчерашнее признание в любви огорошило и причинило боль, потому что я не ответила взаимностью на его чувства, даже более того, я не догадывалась о них до вчерашнего дня. Я растерялась, когда он поцеловал меня… и от этого мне вдвойне больнее. Мне не хотелось причинять боли ни тебе, ни ему... – закончила я сумбурные излияния и повернула голову в сторону лежащего Марка, который смотрел в потолок с каменным лицом.

– Это всё? – холодно произнес он.

– Да, – ответила я, понимая, что достучаться до него у меня не получилось. – Марк? – позвала я. – Откуда в тебе столько недоверия к людям?

Он немного приподнялся на локтях и пристально посмотрел на меня.

– Почему ты не веришь мне? – я заглянула в холодные, пустые, ничего не выражающие глаза.

– Во всё это сложно поверить, – ледяной тон окатил с ног до головы.

Сложно поверить? Неужели он считал, что я придумала эту историю, чтобы оправдать себя в его глазах? Я недоумённо посмотрела на Марка. С какой стати мне было что-то придумывать?

– А во что поверить несложно? В то, что я встречаюсь с Джервисом тайно, живя в твоём доме? Или, возможно, сплю одновременно вместе с вами двумя? – мой голос сорвался на крик, внутри закипала гремучая смесь обиды и негодования.

Марк молчал, но его молчание было громче любого сказанного слова. Я почувствовала себя так, будто мне дали под дых; слова застряли тугим комом в горле, глаза начала застилать пелена слёз. Ему было легче поверить в то, что я лгала ему, чем…

Мне стоило больших усилий сохранить невозмутимый вид, чтобы не показать, насколько сильно меня ранило его равнодушие. Решительно встав с кровати, я направилась к выходу. Достаточно! Внутри всё кипело от обиды и вылитого, словно ушат холодной воды, недоверия. Марк казался отчуждённым, безразличным, словно его чувства вступили в стадию заморозки, покрывая инеем всё вокруг, в том числе и меня. Я не ставила себя на его место, не знала, что он чувствовал, когда смотрел на наш поцелуй с Джервисом. Не представляла мысли, которые таились в его голове, но мне было больно видеть пустое, каменное выражение лица, будто между нами ничего и никогда не было.

«В это сложно поверить» – крутились в голове слова. Чувство глубокого отчаяния заставило пойти на крайние меры. Но в данной ситуации поступить иначе я и не могла. Остатки гордости диктовали свои условия, на которые я сразу же согласилась. Мне не хотелось уходить из его дома и тем самым признавать свою слабость и поражение, но и оставаться я тоже не видела смысла.

15 глава

Кейтлин

– Кейт, что случилось? Он чем-то обидел тебя? – Уильям встретил меня обеспокоенным взглядом.

Я закинула сумку на заднее сидение и села в машину.

– Уильям, поехали домой! Я не хочу сейчас ни о чём говорить.