– Да, Кейтлин, – кивнула мать. – Почему именно Оливия, а не она? – Хильда была очень внимательна. Я сын своей матери, и только она могла меня понять, как никто другой. – Это всё сложно. И тяжело, – я не хотел ещё больше волновать и расстраивать маму. Неизвестно, выкарабкается отец или нет. Мать снова кивнула в ответ.

– Всё будет хорошо, – тепло улыбнулась Хильда, поменявшись со мной местами, выступая в качестве успокаивающей стороны. – Любовь всегда сильнее обстоятельств, – она погладила меня по голове и поцеловала. – Поезжай домой, сынок, заодно проведай Эмили. Уильям сказал, что она сильно переживает.

Уильям звонил мне несколько часов назад и сообщил, что для Эмили пришлось вызвать врача. Я должен был поехать к сестре. А заодно увидеть Кейтлин. Просто взглянуть хоть одним глазком и убедиться, что с ней всё было в порядке.

Но стоило мне подняться на ноги, как в коридоре появились люди в штатском и, предъявив полицейские жетоны, попросили меня пройти за ними в участок.

– Что случилось, Марк? – мужчины скрутили мне руки и повели из больницы.

«В моей жизни случилась Оливия», – хотелось мне ответить матери, но не стал.

– Объясните, куда вы ведёте моего сына? – возмутилась мама.

– Ваш сын обвиняется в покушении на жизнь человека.

Я лишь ухмыльнулся. Всё-таки гадина сыграла на опережение. Инфаркт отца расстроил мои планы. Ведь именно сегодня я должен был почивать на лаврах справедливости. Но видимо, не судьба. Приблизительно я догадывался, что меня ожидало в полицейском участке, уж слишком хорошо я изучил Оливию. Она, видимо, приняла мой звонок об отмене свадьбы за очередную отговорку, отмазку и тем самым навлекла на меня новую порцию проблем и головной боли.

27 глава

Марк

Обычное Лондонское утро началось для меня... необычно. Словно рецидивиста меня закрыли в камере предварительного заключения, будто я был в сговоре с террористами и замышлял нечто ужасное. В любой другой день я бы поморщился от брезгливости, но сегодня воспринимал действительность сквозь тонкую призму отчаяния и неизбежности. В довесок ко всем переживаниям перед глазами добавилось ещё одно – перекошенное ужасом и непониманием лицо матери.

– Марк Бретт, – мужчина в форме назвал моё имя.

Меня продержали в камере больше суток, прежде чем вызвали на допрос и взяли показания. Почему, чёрт возьми, было так просто попасть в тюрьму и так сложно из неё выбраться?

– К вам посетитель, – на меня надели наручники и повели по узкому коридору в более чистую камеру, где не воняло потом и плесенью.

В комнате было светло, посередине стоял стол и два стула. Но одном из которых сидел Алек. Я позвонил ему в Сиэтл сразу, как только разрешили сделать звонок. Попросил вылететь ко мне первым же рейсом. Нет, конечно, в Лондоне были хорошие юристы и адвокаты, но они не были в курсе всех нюансов моей «особенной» ситуации.

– Десять минут, – сказал полицейский и оставил нас одних.

Я подошёл к столу, и устало присел на стул. Сутки без сна сказывались на общем состоянии, мозг отказывался работать. Мне хотелось принять душ и немного поспать.

– Как отец? – больше всего остального волновал сейчас этот вопрос.

Проблемы с Оливией немного подождут.

– В критическом состоянии. Но без ухудшений. Врачи пока не дают никаких прогнозов, – ответил Алек.

– А мать?

– Не выходит из больницы.

Я кивнул. Мама безумно любила отца. Не представляю, если с ним что случится, как мы переживем эту трагедию.

– Ладно, давай о деле. Мне сказали, что я обвиняюсь в покушении на жизнь Оливии. Показали снимки увечий, что я нанёс, ознакомили с заявлением. Что скажешь?

– Кейтлин пропала.

– Что? – от коматозного и заторможенного состояния не осталось и следа.

Вмиг я проснулся и взбодрился. Вскочив на ноги, я едва не бросился к дверям, чтобы позвать полицейского и попросить меня отпустить. Я готов был заплатить любые деньги лишь бы выйти отсюда.

– Что значит пропала? Я сам вчера ночью отвёз её домой!

– А где ты сам был вчера ночью в районе полуночи?

– С Кейтлин. Алек, что произошло?

– Кто-то кроме девушки может это подтвердить?

– Не знаю, нет… Где Кейтлин? – я повысил голос, напряжение нарастало.

– Утром Эмили и Уильям обнаружили, что её нет в доме. Телефон всё время не доступен. В Сиэтле она пока тоже не объявлялась.

– Нет... – меня вдруг сильно затошнило, в висках застучало. – Маршал! Ты звонил ему? Проверяли авиалинии?

– Да, утром она улетела в Сиэтл, но дома пока не объявлялась.

В голове уже начали прокручиваться самые печальные картинки.

– Я распорядился, чтобы у дома Кейтлин дежурила охрана, а пока остается только ждать.

– Что, если на неё напал Генри или Оливия не погнушалась и решила устроить возмездие за несостоявшуюся свадьбу, как и обещала?

– Я не знаю, – Алек пожал плечами. – Я подал ходатайство об освобождении под залог. Но думаю, выпустят тебя не раньше завтрашнего утра.