Я наклоняюсь, подбираю нож Дре и демонстративно для Белтона засовываю его за пояс, а потом подталкиваю Белтона ко входу в здание.

– Подставь руку под сканер, – приказываю я.

Он не двигается.

– Быстро!

Молчание.

Недолго думая, я хватаю нож и вонзаю в рану на его ноге. Он кричит от боли и падает на землю. Вокруг нас такой хаос, что его никто не слышит.

– Подставляй руку! – кричу я и ещё глубже вонзаю нож.

Нож почти наполовину входит ему в ногу.

– Ладно! Хорошо! Прекрати! Пожалуйста! – умоляет он.

Я хватаю его за запястье и подталкиваю к сканеру. Он не сопротивляется. Инфракрасный луч медленно движется вниз по его запястью. Я крепко удерживаю его на месте одной рукой, а другой держу нож в ноге Белтона. Дверь со щелчком открывается, и я швыряю мужчину внутрь.

Как только мы входим, загораются лампы дневного света. Это весьма тесное помещение, размером примерно с мою комнату в Калифорнии. В центре на металлическом столе с придвинутым стулом стоит компьютер. Я подталкиваю Белтона к стулу и заставляю его сесть. Достаю ещё пару наручников и приковываю его к стулу. Чтобы получить доступ к компьютеру, нужно просканировать радужку Белтона. Я хватаю его за шею и подтягиваю лицом к экрану. Компьютер автоматически включается, готовый просканировать его глаза, но тот их закрывает.

– Открой глаза! – говорю я ему.

Он игнорирует меня. На экране компьютера появляется сообщение об ошибке: "Не удаётся обнаружить вашу сетчатку. Попробуйте ещё раз".

Нам говорили, что у нас всего три попытки, прежде чем компьютер отключится. Я разворачиваю стул и тыкаю винтовкой ему в живот. Он сгибается пополам от боли. Я тяну его за волосы и сильно запрокидываю голову назад.

– Открой глаза!

– Пошла нафиг… – отзывается он.

– Ладно. Как хочешь. Но я тебя предупреждала.

К внутренней стороне лодыжки у меня прикреплён маленький мешочек. Я открываю его, достаю иглу, вонзаю ему в шею и впрыскиваю жидкость. Через несколько секунд он теряет сознание и ссутуливается на стуле. Его подбородок падает в грудь. Я достаю из сумки две металлические круглые штуковины размером с монету, оттягиваю его голову назад и прикладываю их к его глазам. Потом я провожу по ним руками, и они раздвигают ему веки. Он порывается закрыть их, но металл не пускает, вызывая только кровотечение. Белтон выглядит отталкивающе. Его лицо избито до кровавого месива, в теле сидит несколько пуль, а его глаза кажутся нечеловеческими – и всё это моя работа. Я испытываю отвращение к самой себе, но сейчас уже поздно для самобичевания. Я хватаю его за волосы и толкаю лицом к компьютеру. Компьютер включается и сканирует его глаза.

– Есть!

Я отталкиваю его и принимаюсь за работу. Я делаю, как мне было сказано, и помещаю флэш-накопитель, который дал мне СОЛИС, в центр экрана. Он фиксируется, загружая информацию, и одновременно выпускает вирус, который поставит Другие 49 Штатов на колени. Я начинаю минировать комнату – в каждый угол кладу по бомбочке размером с палец. Одну я кладу и на компьютер. У меня осталась ещё одна – для Белтона. Надо положить её ему на колени. Последняя часть задания – привести в действие бомбы. Я смотрю на него. Прикованный наручниками к стулу, с кровоточащими глазами, руками и ногами, он кажется таким слабым и жалким. Его уделала 17-летняя девушка. Сейчас он совсем не страшный, и всё же я понимаю, что хотя он кажется слабым, на самом деле он чудовище. Что мне с ним делать?

Я беру флешку и кладу её в сумку. Я иду к двери, готовая оставить его позади, но снова слышу мамины слова: "Защищай все существа, большие и малые".

– Блин!

Я хватаю стул и качу его к двери. Снимаю с Белтона наручники и сбрасываю со стула. Его тело приземляется прямо за дверью. Он лежит поверх мёртвых СД-шников. Я перешагиваю через него, и дверь захлопывается за моей спиной. Всё, возврата нет. Я ослушалась приказа. Я в заднице.

Вижу, как он приходит в сознание. Поднимаю его на ноги. Он едва может ходить, но у него получается. Он бормочет что-то нечленораздельное. Я просто толкаю его вперёд. Не знаю, куда я его веду. Я так зла на себя. Но почему-то я также испытываю облегчение от того, что приняла решение, которое поддержала бы мама. Нужно отвести его подальше от здания, чтобы его не задело взрывом. Потом перелезу обратно через стену, и пусть сам думает, что делать, когда я уйду. Он – не моя проблема. Всё немного по-другому. Он постоянно спотыкается.

– Шагай и не падай! – кричу я ему.

Когда мы подходим к стене, окружающей лагерь, я слышу безошибочный гул проходящего через неё электричества.

"Блин!" – единственное, что приходит на ум. Теперь я в полной заднице.