Он закончил рассказ для себя. Гундан пронзил огра в глаз, и монстр снова споткнулся, а Альф прыгнул вперед, чтобы поразить его в горло Санразором. Трость покачнулась от смертельного удара. Все его воинские инстинкты притупились с годами. Ему было здесь комфортно. Он был счастлив здесь, позволил себе стать частью этого мира. Никакой настороженности, никакой остроты. Его энтузиазм иссяк, когда он понял, что никакие дорожные плащи и провизия в стране не смогут компенсировать его возраст. Он был слишком стар, чтобы бродить по Дороге.

Он запыхался, поэтому опустился в кресло Пердии.

Путешествие. Он давно, очень давно не отправлялся в путешествие. Он собирался отправиться на поиски Лата, но всегда находился повод отложить это. Скрываться от мстительных Лордов, все дороги на север закрыты, а здесь, в Эрсфеле, есть работа. Он никогда не отказывался от поездки – его дорожный плащ годами висел у двери, – но подходящий момент так и не наступил.

Он помнил, как много лет назад отправлялся в путь с Девяткой. Он нес рюкзак Блейза с книгами и реактивами, его магическими инструментами. Альф попытался завернуть сверток в тонкую сеть звездной ловушки, но волшебник огрызнулся на него, и Альф до сих пор помнил, как чувствовал себя идиотом. Но в тот вечер, под ярким звездным небом, Блейз по-своему извинился.

«Каждая звезда, Альфрик, властвует над определенным аспектом судьбы. В Колледже Чародейства есть большие кожаные книги, в которых записаны работы поколений астрономов, пытавшихся составить карту этих соответствий. На небе над Саммерсвеллом видно более восьми тысяч звезд, но мы знаем магические соответствия лишь нескольких сотен из них. Смотри, я устроил свою ловушку так, чтобы она ловила свет созвездия Белого Оленя, вон там. Моя ловушка конденсирует этот свет, и благодаря этой конденсированной силе я заимствую власть Белого Оленя, который управляет удачей в битве».

Гундан рассмеялся и сказал, что человеческое волшебство слабо, как моча младенца — и к тому же анемичного. Этот младенец не переживет зиму. А Берис в притворном гневе швырнула в дварфа своей чашкой.

Но через неделю, сражаясь с рыцарями ужаса на Великой Топи, Альф обнаружил, что его меч режет чище, и услышал, как Блейз произносит заклинание за его спиной.

Принеси свой меч, Ламмергейр.

Что это могло означать? Селемос явно считал это призывом к оружию — Блейз ожидал, что Ламмергейр вскочит и помчится на север, чтобы убить еще одного темного лорда. Может быть, сорок лет не значили ничего для эльфа, но Блейз был человеком. Сейчас ему, должно быть, столько же лет, сколько Альфу, если он все еще жив. Ольва сказала, что Блейз сражался со Скеррис, когда она бежала из Некрада — зачем Скеррис оставлять его в живых?

Лат мертв. Зачем сон о Лате, а потом сообщение от Блейза? Но Блейз тоже был в том сне, не так ли? Было ли все это как-то связано? От всех этих размышлений у Альфа заныли виски, и он опустил потяжелевшую голову на руки, закрыв глаза. А что, если это ловушка? Селемос на самом деле не видел Блейза, и Ольва была уверена, что он мертв. Кто мог хотеть привести Альфа в Некрад? Была ли это ловушка только для него одного или для других выживших из Девяти? Не это ли случилось с Латом? А что, если Блейз жив, но застрял в Некраде и нуждается в спасении? Возможно, он предпринимал другие попытки побега, посылал другие сообщения, но Селемос был первым, кто проскользнул через сети Скеррис. Или Блейз сначала послал сообщение Лату, и именно это привело к гибели бедного перевертыша?

Сообщение из Некрада. Принеси свой меч.

Все эти размышления были утомительнее, чем прокладывать путь через глубокий снег. Память была проще, пути были уже протоптаны. Он вспомнил Некрад. Когда они впервые попали в Некрад, то выползли из Ям, перемазанные ихором и внутренностями отродий Ям. Альф опирался на Пейра, из дюжины ран сочилась кровь. Адский зеленый свет некромиазма делал лица его друзей мертвенно бледными, как будто они были трупами, смотрящими на него из трясины. Лат оглянулся на циклопические дворцы эльфов-колдунов — для его заблуждающихся сородичей это были дома живых богов.

Или Лат был там? Его схватили, не так ли? Все воспоминания о тех днях в Некраде были размыты и перемешаны. Лата схватили позже? Через несколько дней? Недель? Как долго они блуждали по городу кошмаров? Их нашли, не так ли? Акрайст и эльфы-колдуны нашли их, и они сбежали. Но Лат не решился воспользоваться силой земли, не смог стать великим Зверем, и эльфы-колдуны схватили его. Мы должны вернуться за ним. Они мучают его. Эти ужасные существа, выращенные в чанах. Мы не можем его бросить.

Мы не бросим его. Но Брачан ждет, что мы победим тех драконов. Люди Брачана гибнут там, в грязи.

Мы — Девятеро. Мы не бросаем своих.

«Альф!»