"Так говорится в историях, верно. Знаешь, кто пишет истории? Эльфы. Это всегда были эльфы, Альф. Лесные эльфы. Они разрушили Старое Королевство из страха, а вместо него дали нам ложь. Лорды Саммерсвелла - эти семьи обязаны своим положением эльфам. Колледж Чародейства знает только ту магию, которую разрешают эльфы. Церковь тоже их - Эрлкинг послал Заступников следить за нами. Мы - рабы, Альф. Они держат нас в невидимом рабстве, и мы проживаем свои короткие жизни, не подозревая об их коварстве". В ее голосе звучало отчаяние, которого он никогда раньше не слышал, даже на войне, смешанное с усилием держать тетиву натянутой. "Нас немного, и мы боремся против владычества Эрлкинга. Несколько свободных людей, работающих тайно. Мы сражаемся с тех пор, как пало Старое Королевство. Мы должны были быть осторожны. У эльфов повсюду шпионы. Альф, хватай принца-ублюдка".

Альф приставил Разрушитель Чар к горлу Маэдоса, получая от этого огромное удовольствие. Что бы ни происходило вокруг него в этом вихре заговоров и контрзаговоров, ловушек и интриг, пророчеств и ритуалов, он был уверен, что принц Маэдос - самодовольный ублюдок, который заслуживает того, чтобы его прихлопнули. Берис опустила лук. Она сжала пальцы. "Не так сильна, как раньше", - призналась она.

Ольва опустилась на колени рядом с Дервином. Лицо парня было серым, кожа - липкой. Она прижалась к нему и укрыла своим эльфийским плащом, чтобы согреть. Альф рассеянно огляделся, нет ли нигде еще каких-нибудь целебных снадобий. Парню нужен целитель, подумал он.

Берис продолжила. "В юности я потеряла очень много друзей. Я всю жизнь пряталась от эльфов. Всегда бежала, всегда лгала. Пока... пока не нашла вас. До Девяти".

"Почему ты ничего нам об этом не рассказывала?" Альф попытался сосредоточиться на ее словах. У него все еще звенело в голове после того, как Акрайст нанес ему удар. Акрайст был здесь. Он тряхнул головой, как собака, и из уха вытекла струйка вязкой крови, отчего у него снова закружилась голова. С другой стороны, теперь он мог слышать Берис гораздо лучше. Он покачивался на ногах, но держал острие меча у шеи Маэдоса.

"Я хотела, чтобы у меня была такая возможность. Очень хотела. Но Альф - мы путешествовали со жрицей Заступников и дочерью Эрлкинга. Потому что люди, знающие все это, исчезают, Альф". Берис махнула рукой в сторону Ольвы и Дервина. "Маэдос убил бы вас всех, чтобы заставить замолчать. Они убьют вас, если смогут. Мне пришлось скрыть то, что я знала, чтобы защитить Девятерых".

Принц пожал плечами, как бы говоря, что убийство смертных-однодневок его не касается. Альфу захотелось отрубить Маэдосу голову прямо здесь и сейчас, но он сдержал раздражение. Берис всегда была искусной лгуньей, и, по ее собственному признанию, она использовала Альфа для расправы над своими коварными приспешниками - он не стал бы исключать, что она все это выдумала.

Он попытался пробить брешь в ее паутине. "Эльфы помогли нам в войне, - сказал Альф. "В конце концов, они пришли нам на помощь, даже если нам пришлось вытягивать это из них силой".

"Ровно столько, чтобы обеспечить патовую ситуацию - им нужна была угроза Некрада, чтобы держать нас в страхе. Пока Саммерсвелл живет в страхе перед севером, мы никогда не посмотрим на юг, в Эвервуд. Именно там кроется настоящее зло. Но мы разрушили их планы, когда убили лорда Боуна и покончили с угрозой. У нас был Некрад. Этот город изменил все. Здесь есть магия, которой не владеют Лесные эльфы. Мы могли заводить союзников, строить планы, укреплять себя. Это единственное место во всем мире, где у Эрлкинга не было шпионов... кроме Лаэрлин".

Для него это было слишком. Все их совместные приключения, вся их дружба превращались в нечто уродливое, грязное и жестокое. У его друзей были недостатки, у всех - некоторые он знал всегда, некоторые увидел слишком поздно. Но не такие. "Я не могу поверить, что Лаэ - часть какого-то... эльфийского заговора против всех смертных. Нет, она всегда была одной из нас - Берис, она предупредила мою сестру о Маэдосе. Она забрала Ольву с Острова Рассвета".

"И привела твою сестру прямо к тебе, чтобы толкнуть в эту ловушку. Лаэ - часть этого, Альф, как и ее брат. Так и должно быть. Вот почему я никогда не пыталась рассказать тебе обо всем этом. Большинство людей отвергают правду. Они предпочитают сказки о добрых эльфах, присматривающих за нами. Священники знают. Дворяне знают. Волшебники знают. Но они довольствуются объедками со стола Эрлкинга. Но не я. Будет еще одна война, Альф. Война против Эвервуда. Это наш последний шанс вырваться на свободу".

"Восстание зверей, - насмешливо произнес принц Маэдос, - зверей, которые научились говорить. Эльфы - перворожденные, наследники всего творения. Ты будешь поставлена на свое место, смертная. Твоя короткая жизнь будет полна страданий и..."

Альф ударил принца по лицу, отчего тот растянулся на полу.

"Прости, - сказал он Берис. "Но Гундан очень хотел бы, чтобы я это сделал".

ГЛАВА 41

Ольва сидела, держа сына за руку, и боялась, что он умирает.

В конце концов, она уже видела смерть раньше. Не так, как Альф – для Альфа смерть была молниями, волшебными мечами и огненными струями драконьего дыхания; смерть была героической последней схваткой в битве. Смерть для Альфа была внезапной в своем появлении. Смерть или слава, говорили поэты, но они лгали – для Альфа смерть была славной. Из всех Девяти именно Пейр, чья легенда сияла ярче всего, умер первым.