Дварфы все еще удерживали ворота Гарнизона и стену, как много лет обороняли Дварфхольт от орд лорда Боуна. Теперь они были далеко от дома, стояли на каменной кладке, сделанной не их предками, и под странным небом Некрада, а не в родных туннелях. Но их сородич был убит Дикими, и они отомстят тем, кто его подвел.

За границей Вольностей лилась кровь. Отряды Диких ходили от дома к дому, разыскивая эльфов, которым их предки поклонялись как богам. Иногда они находили то, что искали, и вытаскивали какого-нибудь неудачливого эльфа, чтобы зарезать его на улице. Чаще же находили быстрое копье Ильдорэ или ледяные иглы.

Ольва ничего этого не знала. Альф видел больше, поскольку осматривал город опытным глазом, но один вопрос не давал ему покоя. Смерть была и на улицах Некрада, и на стенах, и у северных ворот.

Но сама Смерть все еще не появилась.

Башня Плача бросалась в глаза - неестественная непристойность, заноза в коже творения. Она была слишком высока, чтобы стоять, но все же стояла; слишком велика, чтобы быть делом рук смертных или эльфов, но все же существовала. Ее могла сотворить только магия, и все же она была невообразимо мерзкой - античудо, знак, возвещающий, что изобретательности магов есть предел, что в голове могут возникнуть вещи, которые никогда не должны быть воплощены в жизнь. Она возвышался на сотни футов, словно из жучиного панциря и раковой горгульи, извиваясь и корчась, будто осознавая собственную чудовищность. Из нее торчали башни и башенки поменьше, а примерно на трети пути вверх лежали разбитые остатки железного моста, который когда-то перекидывался через пропасть между башней и храмом лорда Боуна. Теперь от этого исчезнувшего храма осталась лишь черная яма - памятник Девяти. Но башня устояла, и они полетели к ней.

Альф направил дредворма на балкон, расположенный высоко на северном фасаде. Он спустился с него и посмотрел через балюстраду на черную яму далеко внизу. "Когда-то давно мы забрались сюда с Берис", - пробормотал он. Он осторожно поднял Дервина и перенес его через дверной проем в уютный кабинет, стены которого были уставлены книжными полками, заставленными диковинками и сокровищами Некрада. Из стеклянных банок на Ольву косились существа с мордашками Ватлингов; у окна стояли медная подзорная труба и аквариум.

Альф положил Дервина на стол, смахнув с него наваленные книги и свитки. Чернильница выплеснулась на полированное дерево пола, и Альф пинком отбросил ее в угол. Ольва опустилась в мягкое кожаное кресло. Распахнулась еще одна дверь, и в комнату вбежала Торун.

"Ольва! Мастер Блейз предвидел твое появление".

"Неужели?" - пробормотал Альф. "Нам с ним нужно долго-долго поговорить, когда все закончится". Он повысил голос. "Блейз! Это ты тоже предвидел?" Он махнул здоровой рукой в сторону окна, на столбы дыма, которые поднимались в миазмах над головой, на далекие сражения.

Торун обняла Ольву. Руки дварфийки были липкими от крови.

"Ты ранена?" - спросила Ольва.

"Нет. Нет. Это просто другие ученики. Они пытались напасть на мастера Блейза. Сейчас они ушли".

Не успела Ольва спросить Торун, что случилось, как со всех сторон раздался голос. "Сэр Альфрик из Малладейла, рыцарь Саммерсвелла, которого некоторые называют Ламмергейром. Хранитель Разрушителя Чар! Ты пришел в мою башню, когда город содрогается. Лига распалась, Девять рассеяны! Принц Эвервуда мертв, и конец близок".

"Прекрати, Блейз", - сказал Альф. Внезапно волшебник оказался в комнате вместе с ними, склонившись над Дервином. "Мне нужна твоя помощь".

"Ты получишь ее". Волшебник провел большим пальцем по лбу Дервина, словно счищая грязь. "Мы должны действовать быстро. Многие защитники города уже бежали".

"Вонд поручил мне следить за Смертью, - сказал Альф, - иначе я был бы в самой гуще событий".

"Смерть остается великой неизвестностью". Блейз помазал Дервина сладко пахнущим маслом.

"Ты можешь его исцелить?" - спросила Ольва.

Капюшон Блейза скрывал его лицо, но она видела, как блестели его глаза, когда он повернулся к ней. "Ольва Форстер. В этот день предстоит многое сделать. Твой сын находится за пределами досягаемости всех известных мне целительных чар и зелий. Возможно, Заступники смогли бы переманить его обратно через порог, но... "Волшебник сделал паузу. "В Некраде нет Заступничества. В отсутствие духов приходится довольствоваться хитростью смертных. Я знаю заклинание, которое может спасти твоего сына. Должен предупредить: магия дорого обойдется всем участникам, и Дервин не вернется прежним".

Она кивнула. "Да. Все должно быть сделано".

"Альфрик, - сказал волшебник, - поговорим наедине".

"У меня нет секретов", - ответил Альф, опираясь на меч.

"Это дело Девяти".