"Год после поражения Лорда Боуна, - продолжал Ген, - какой это был год! Самый лучший урожай за всю историю человечества. Все смеялись и танцевали. Повсюду жирные овцы, трава сочная даже на высокогорных пастбищах. Заступники улыбнулись нам в тот год. И я помню, как сидел дома и чувствовал, что украл эту щедрость и не заслуживаю участия в ней. Нет, нет. Я не боюсь за них. Темного Лорда больше нет, Джозеф, и мы победим". Он снова улыбнулся, избавляясь от сомнений Альфа, как собака от воды.

Он указал вниз по тропе. На перекрестке стоял придорожный трактир. "Смотри, там "Капающее Ведро". Остановимся там на ночь, а утром будем в Ардене".

На вывеске трактира была изображена веселая доярка, которая явно воспользовалась протечкой в своем ведре как предлогом бросить свою ношу и зайти выпить. Здесь было многолюдно - из-за ясной погоды многие тропы впервые стали проходимыми, и люди, проведшие одинокую зиму на обособленных фермах, собрались здесь, чтобы повидаться со старыми друзьями. Ген знал каждого в толпе и обходил всех, хлопая по спинам. Говорили о Некраде и о собрании лордов в Ардене. У немногих присутствующих дварфов выпытывали новости с севера, хотя они знали не больше остальных.

Альф взял кружку эля и устроился в углу у огня. Свой сверток он спрятал под стол. Он обвел взглядом толпу, гадая, не скрывает ли кто из этих раскрасневшихся лиц какие-нибудь тайны. Мимо неторопливо прошел нищенствующий монах в рясе, испачканной пролитым напитком, размахивая пустым кубком и отпуская старый каламбур по поводу эля - неужели за ним следует Заступник, шпионящий за миром смертных через столь маловероятный сосуд? Он надвинул капюшон на лицо, стараясь быть как можно более незаметным.

Через несколько минут все уже обсуждали таинственного незнакомца в капюшоне в углу.

"О, это Джозеф", - донесся из толпы голос Гена. "Он работает на... как же его зовут? На торговца из Ардена. Отроан, да?"

Альфу показалось, или монах действительно оглянулся, как будто узнал это имя? Глаза трактирщика сузились?

"Я не работаю на него", - поспешно ответил Альф.

"Ты далеко от дома, друг", - сказал один из парней, уловив акцент Альфа.

"Бескорневой", - проворчал кто-то еще в толпе. По закону простые жители Саммерсвелла были привязаны к своим провинциям и могли покидать их только с разрешения. Те, кто странствовал, считались Бескорневыми - ворами и бродягами. Закон соблюдался не всегда, а там, где он соблюдался, взятка в правой руке обычно позволяла избежать проверки. Однако магистраты в Ардене были печально известными приверженцами закона. Многие Бескорневые по пути на север, в Провинции, натворили бед в Ущелье, поэтому закон в Ардене соблюдался неукоснительно.

"Неужели?" Пожилая женщина села напротив Альфа. Ее одежда была чуть более изысканной, чем у остальных, и Альф догадался, что она - местный староста. "Ты без корней или у тебя есть хозяин - и клеймо хозяина, подтверждающее это?"

Взятка в правой руке. Альф нащупал кошелек с монетами и понял, что они лежат в свертке у его ног. В том самом свертке, в котором лежал Разрушитель Чар. Минуточку, я принесу вам взятку. Давайте посмотрим. Серебряная монета за то, что вы забудете о том, что я Бескорневой, и еще десять тысяч за то, что все в гостинице забудут о самом печально известном мече во всем мире.

Он застыл на месте. Толпа вокруг стола росла, забавляясь бедственным положением Альфа.

"Ну что, господин?" - потребовала староста. "Есть ли у вас проходная грамота или другое доказательство вашего положения?"

"В моей сумке", - ответил Альф. Он медленно опустил руку под стол. Один из нетерпеливых молодых парней бросился туда, чтобы посмотреть, не вытащит ли незнакомец нож из какого-нибудь тайника. Пальцы Альфа нащупали завязанный узлом шнур и наткнулись на холодный металл меча.

Отвлеки их, болван, - телепатически крикнул Разрушитель Чар.

Как?

К ужасу Альфа, меч запел у него в голове, и он заставил себя повторить это вслух.

С болот спустился ужас

Чудовище проклятое

Повелитель ужаса Некрада.

Эльф-колдун по имени Акрайст.

В руках у него был меч цвета темного эбена.

Из всех видов оружия самый страшный

И поклялся, что уничтожит все земли

Но сначала он чувствовал жажду.

"Мы все это слышали", - крикнул монах. "Что-то новое! Что-то новое!"

Толпа зашумела в знак согласия, а внимание переключилось с Альфа на молодую женщину у барной стойки. "Джильдра, ты всегда знаешь хорошую песню. Сыграй что-нибудь".

"Песню!" - закричала толпа, образовав круг вокруг Джильдры. Альф воспользовался отвлечением, чтобы достать свой кошелек с монетами. Староста, не глядя, сгребла деньги со стола, все ее внимание было приковано к певице.

Джильдра встала, откинув назад длинные волосы. "Я собиралась отложить это на потом. Это новая история, которую я узнала недавно на Дороге". Она отпила глоток эля. "Это грустная и горькая история, но в ней есть доля правды. Те из вас, кто еще не слышал новостей с севера, слушайте внимательно".

Она начала петь, ее голос был низким и печальным.