Бор обходил стены, наблюдая, как снежные хлопья покрывают склон холма под замком и окружающие леса. К северу, на ночном небе, зеленым пятном светился новый некромиазм. Ночь тянулась, а люди из Вестклефта не возвращались.

В серый предрассветный час Магга нашла его. "Ветер переменился, - сказала она, - я чувствую запах миазма в воздухе. Лучше всего проверить склеп".

"Зачем?"

"На мертвецов, конечно. Вдруг там окажется свежий труп".

По дороге в Арден они проехали мимо дюжины маленьких деревенских кладбищ. Бор представил, как испарения некромиазма уносятся на юг, пробуждая мертвецов. Чем скорее они окажутся на Дороге, тем лучше.

Он с силой распахнул дверь часовни. В каменном зале стояли ряды скамей, самые роскошные предназначались для семьи Баярда и рыцарей его дома. Со стены на них смотрело лицо Эрлкинга, его каменные черты сливались с резным изображением священного дерева, украшавшего северную стену.

На одной из скамей Бор заметил маленькую матерчатую куклу - детскую игрушку. Неужели Берисала оставила ее здесь? Он представил себе, как ребенок сидит, вынужденный слушать какую-то бесконечную проповедь. Или ее принесла леди Байярд, когда молилась о благополучном возвращении своего ребенка? Ребенок не заслуживал того, чтобы его использовали в качестве пешки в интригах эльфов и лордов, духов и героев. Никто из них не заслуживал.

Святилище - священное место, предназначенное для клириков, - было скрыто за резным деревом, а рядом находилась небольшая дверь, ведущая вниз, в склеп. Магга остановилась у святилища и облизнула губы.

"Хочешь посмотреть? Там может быть что-то стоящее. Такая богатая часовня, наверняка там есть украшенный драгоценностями грааль или что-то в этом роде".

Бор покачал головой. "Ограбить святилище - плохая примета. Давай просто покончим с этим". Он толчком распахнул дверь в склеп. Его обдало затхлым воздухом, и у него перехватило дыхание.

"В Некраде, - пробормотала Магга, - мы грабили храмы эльфов-колдунов, а Дикие считали их живыми богами. Никто не боялся".

В склепе покоились поколения Баярдов. По гробницам можно было проследить судьбу семьи: старые были просто каменными плитами, простыми и ничем не украшенными. Позже у них появились деньги, чтобы нанять дварфов-каменщиков, и изображения мертвых рыцарей стали лежать на мраморных носилках, вечно уставившись в потолок. Магга велела ему найти самый последний гроб - старшего брата нынешнего барона, павшего в войне с лордом Боуном. Успокоительница оглядела гробницу и покачала головой.

"Все в порядке. Гроб надежно запечатан. Даже если миазмы проникнут так далеко на юг, он останется мертвым, а все остальные слишком прогнили, чтобы ходить".

"Это была пустая трата времени”.

Шум, донесшийся сверху, заставил их обоих вздрогнуть – это вода плескалась о камень. Бор первым поднялся по узкой лестнице в часовню. Звуки доносились изнутри святилища. Там была чаша грааля, подумал Бор, которую жрецы использовали для общения с Заступниками. Заговорщики в Ардене использовали украденный грааль, чтобы следить за сверхъестественным преследованием. Но чтобы стать священником, нужно было пройти посвящение – только благословенные и освященные могли молиться о заступничестве. А заговорщики в Ардене использовали колдовство, чтобы присвоить себе ложную святость.

Здесь не было ни того, ни другого.

Если здесь и была сила, то она находилась по ту сторону.

"Гребаная магия, - пробормотал он. Он попытался собраться с духом и открыть дверь в святилище, но руки и ноги не слушались его. “Гребаная магия”. Часовню наполнило странное зловоние - она напомнила Бору запах гниющих цветов боярышника.

Магга бросилась вперед и открыла маленькое святилище. Внутри оказалась крошечная темная комнатка, не больше платяного шкафа. Там висели одеяния священников, талисманы, реликвии и священные книги, а на полке – грааль замка. Это была неглубокая серебряная чаша, украшенная рубинами. В священной чаше было немного воды, и она поднималась паром и пузырилась, будораживаемая невидимыми силами.

В воде промелькнуло видение: паладины Аршота в белых плащах, ярко выделяющихся на фоне снега, яростно скачут по дороге из Аршота. Мимо промелькнула тропинка, по которой он спускался с Руэлом. До замка оставалось не более тридцати минут езды. Все всадники были одеты в белое, кроме одного.

Агила.

Бор отступил, и видение исчезло, вода в чаше зашипела, превращаясь в ничто. На мгновение ему показалось, что в маленьком святилище, кроме них, есть кто-то еще, но это ощущение рассеялось вместе с паром. Запах боярышника исчез.

"Они идут", - выдохнул он.

"Да, - сказала Магга. "И неважно, кто захватит замок - мятежники или рыцари, - я не намерена оставаться здесь, когда они это сделают".

"Я тоже", - кивнул Бор. Он импульсивно схватил грааль. Взяв тряпку, обернул святую чашу, как это делал конюх.

Магга усмехнулась. "Если понадобится, я вытащу рубины зубами".

"Пошли".