"Я знаю, - ответил Бессимер, - что молитвы и мольбы остаются неуслышанными в этом городе, и что глаза Заступников не видят темных дел, окутанных некромиазмом. Но вера - это не сделка. Мы воздаем хвалу Заступникам не только в надежде на награду. Через них мы чтим божественный свет, который находится за пределами понимания".

"Может быть, вашего понимания", - огрызнулся Блейз.

Бессимер протянул руку к Дервину. "Ты говоришь, что Некрад должен быть искуплен, превращен в нечто достойное. Уже прибыли первые из тех, кто бежал от войны в Саммерсвелле, и за ними последуют еще. Чтобы приветствовать их, чтобы они воздали благодарность по обычаям своего народа. Пусть твое имя услышат Заступники, чтобы они могли разнести весть об искуплении Некрада по всем уголкам мира".

"Дуракам и глупцам. Заступники - орудие нашего врага", - сказал Блейз. "Мы не будем..."

"Простите." Эрдис встала, ее стул заскрежетал по полу. "Мне нездоровится. Думаю, мне нужен свежий воздух". Она поспешила выйти из комнаты.

"Давайте все немного отдохнем", - сказала Ольва.

Она нашла Эрдис, вышагивающую по коридору.

"Простите меня, леди Форстер, - сказала Эрдис, - это было недостойно меня. Все эти разговоры о Заступниках и эльфийке-колдунье заставили меня вспомнить о недавних горестях. Я так много потеряла, и боюсь, что то, что осталось, тоже может ускользнуть".

"Прощать нечего". Ольва повела Эрдис к ближайшей скамье. Странно, подумала она, что проходящий мимо незнакомец мог бы счесть их похожими. Ведь и она, и Эрдис были богато одеты, хотя одежда Ольвы больше походила на одежду эльфов-колдунов: затейливые кружева и украшения вместо шерстяного плаща и мехов, окрашенных в черный цвет, которые носила Эрдис. Но они были одного возраста, обе овдовели, обе несли двойное бремя - лидерства в неопределенное время и сына, который ушел за край Серых земель и вернулся благодаря магии. Если бы судьба сложилась иначе, они могли бы стать сестрами - давным-давно ее отец, лорд Брачан, предложил Альфу руку и сердце Эрдис, но тот отказался.

Еще одно доказательство, как будто оно мне нужно, что Альф - идиот.

"Я не могу дышать в этом городе", - тихо сказала Эрдис. "Как будто невидимая рука все время сжимает мне горло. Помню, когда я впервые приехала сюда, всего через несколько недель после окончания войны, я думала, что это дым от Каменных Драконов, и что скоро все рассеется. Но этого никогда не происходит". Она взглянула на Ольву. "В Атаре воздух чист".

"Скоро вы сможете вернуться домой".

"Есть ли новости об Альфрике?" - спросила Эрдис.

"Полагаю, никаких". Что-то в голосе Ольвы выдало ее страх.

"Мой отец всегда говорил, что Альфрик самый грозный боец, которого он когда-либо видел, и это без Разрушителя Чар".

"Да."

"Я была разочарована, когда впервые встретила его. Я слышала песни и ожидала увидеть славного рыцаря, красивого и с душой поэта. Вместо этого отец показал мне этого... волосатого великана".

"С душой репы".

"Это несправедливо. Может быть, с душой пахаря. Я всегда считала, что Ламмергейр - неудачное прозвище для Альфрика. Стервятники - оппортунисты. Альф избегал возможностей". Эрдис вздохнула. "Я должна быть благодарна ему за это. Вместо него отец выдал меня замуж за Дуну, и, каковы бы ни были его прочие недостатки, Дуна знал, когда нужно опустить меч и жить. И я была рада покончить с Саммерсвеллом".

Это удивило Ольву. При всем их нынешнем сходстве они пришли сюда совершенно разными дорогами. Ольва была дочерью крестьян, Эрдис - дочерью лордов. Ольва недавно надела костюм правительницы, но Эрдис была воспитана для этой роли.

"Я подумывала о том, чтобы сжечь послание моего отца к Альфу, - продолжала Эрдис. “Его следовало бы назвать Ламмергейром. Сгорбленная птица, поджидающая падаль, – вот кто он такой. За эти годы он прислал мне много писем. Двадцать лет заговоров и схем продвижения по службе, жалоб на других лордов и эльфов. Его устраивало, что Дуна был на месте и контролировал Новые Провинции. И тем, что я нашептываю ему на ухо".

"Мой брак, - сказала Ольва, - был замыслен Заступниками. Они хотели связать меня, чтобы иметь власть над Альфом. Я не знала, что оказалась в центре какого-то невидимого замысла. Я думала, что мне просто повезло, и была счастлива, пока Галвин был жив. Похоже, вы были счастливы, несмотря ни на что".

"Я была счастлива. Я была счастлива формировать Новые Провинции так, как считала нужным, и править так справедливо, как только могла. Я была счастлива покончить с интригами, уехать из Илавентура за полмира, где Брачан мог только посылать мне письма, а не... И ничего больше". Эрдис взяла Ольву за руку. "Я знаю, что сказал бы мой отец об Идмаере. Он сказал бы мне, что у меня есть еще один наследник, и я должна избавиться от сломанного. Он согласился бы с тобой, что Заступники - ложь, дело рук врага".