— Что с моей защитой?

— У меня достаточно брандмауэров и отвлекающих факторов, чтобы удержать его, — признал Эрик. — Но это только выиграет нам время, Каз. Барон – настоящий бык, когда дело доходит до поиска дерьма, ты же знаешь. Я не могу останавливать его бесконечно.

Он знал. Но время – это всё, что ему было нужно.

— Как долго ты сможешь его задерживать? — спросил Каз, пытаясь составить план и нажать на педаль газа.

— Может быть, месяц, максимум два.

Недостаточно долго.

Он кивнул.

— Делай, что можешь. Держи меня в курсе. Я придумаю что-нибудь еще.

Лицо его собеседника выглядело мрачным.

— Я знаю, почему ты делаешь то, что делаешь, но я знал его. Он бы не хотел этого. Думаешь, оно того стоит?

Каз смерил Эрика взглядом.

— Не спрашивай меня об этом снова.

Объяснять ему было бессмысленно. Каз пытался в первый раз, и во второй, но после третьего перестал. Он приехал в Мортимер с определенной миссией и был готов сделать всё, что потребуется, пожертвовать всем, что потребуется, чтобы ее выполнить.

Только ради этого он присоединился к группе, внедрился в нее и теперь выполнял их приказы, выжидая подходящего момента, чтобы получить ответы о том, кого он любил и потерял. Ему нужна была правда, и, чтобы добраться до нее, он сделает всё, что потребуется.

Будь проклято всё остальное.

Блондин вздохнул, ожидая ответа.

— Ладно, твое дело. Только знай, что я умою руки, если всё пойдет наперекосяк, что, судя по тому, как развиваются события, произойдет раньше, чем позже.

С этими словами Эрик ушел, а Каз запрыгнул на алтарь и посмотрел на темнеющее небо. Звезд не было, луна скрылась за облаками, и всё это больше не вдохновляло.

Только змеиные волосы и золотистые глаза.

Но он все равно продолжал смотреть, искал ту самую звезду, которая всегда позволяла ему почувствовать, что он не один. О которой ему рассказывал брат, за которой они не раз наблюдали по ночам в бескрайнем небе на крыше дома их детства.

 

***

 

Что происходит, когда мы умираем?

Спросил он однажды своего старшего брата.

Каз коснулся левой стороны груди под курткой, и снова поискал звезду, но нигде ее не нашел. Острая боль пронзила его грудь, прямо там, где была его рука, над татуировкой, которая была и воспоминанием, и обещанием.

Мы поднимаемся в небо и становимся звездами.

Странно было вспоминать, каким невинным мальчиком он был, когда сидел здесь, проклятый мужчина. Для юного Каза смерть была мерцающими звездами на небе. Он и представить себе не мог, что облака могут заставить их исчезнуть.

Телефон завибрировал, он достал его из кармана и прочитал сообщение.

Встреча в пятницу. В полночь.

Вот черт.

Барону позвонили, а теперь и ему пришло сообщение.

Они приезжали в город, впервые за год. Похоже, всё становилось очень интересным.

 

 

КОНЕЦ ЧАСТИ I

 

 

ЧАСТЬ 2

РАЗЛОЖЕНИЕ

 

 

ГЛАВА 12

Если бы она умерла, прикоснуться к её руке

было бы для меня большим счастьем,

чем прикоснуться к руке любой из живущих.

— Джордж Элиот, «Миддлмарч»

 

НЕИЗВЕСТНЫЙ

Девушка могла представлять угрозу.

Но не должна была. Она даже не попадала в поле их зрения, не считая ее связи с одной из их женщин. Она должна была держаться в стороне и проводить время как любая другая студентка, после чего покинуть Университет с воспоминаниями и связями.

Но она выделилась, привлекла к себе их внимание, почти потребовала его.

Сначала тем, что нашла женщину на пляже.

Потом обратив внимание на связи, которые не существовали для обычных людей.

Они были слишком старыми, слишком организованными, слишком консервативными, чтобы она могла причинить им какой-либо вред. Но даже причина их долголетия была тайной, которую они поклялись хранить. На протяжении веков, конечно, ходили слухи и шептания. Невозможно было избежать того, чтобы за сотни лет они не просочились в коллективное сознание.

Но они молчали, ждали, наблюдали, побеждали.

Скрывались от мира. Нейтрализуя любые угрозы своему существованию.

Девушку, к счастью для нее, никто не считал таковой, пока. Но за ней нужно было присматривать. А если они и умели что-то делать, так это наблюдать.

Всегда наблюдали.

 

ГЛАВА 13

Любовь вдвоем на гибель нас вела.

— Данте Алигьери, «Инферно»

 

САЛЕМ