Стенки у банки толстые, с полостями. Из неё микрофон не сможет уловить ни звука. Похоже, разговор назревает как минимум любопытный. Сняв с шеи кристалл, легко опускаю его на мягкое дно банки. Декан добавляет туда небольшой прямоугольный приборчик и закупоривает крышку. Вновь указывает на стул, и я сажусь, краем глаза отмечая, что Эришки в кабинете нет. Декан бережно держит банку.

– Меня зовут Дахара Мараут, я потомственный декан четвёртого факультета Великого института Нарака, и никогда в его истории не совершалось такого варварства, как это чудовищное шоу «Найди себе пару». Я не люблю ходить вокруг да около, и ты, судя по всему, тоже привыкла выражаться без обиняков.

– Шоу вас возмущает тем, что девушек хотят выдать замуж против их воли или тем, что иномирянок собираются скрестить с чистокровными демонами? – на всякий случай уточняю я и чуть улыбаюсь, чтобы смягчить эффект фразы. – Раз мы обе любим говорить прямо.

Ноздри Дахары раздуваются.

– И то, и другое, – чеканно сообщает она и убирает банку с моей подвеской в стол. – Но что случилось, то случилось, и мы должны использовать то, что дала нам судьба.

Неожиданный поворот разговора, я вопросительно приподнимаю бровь.

– У меня для тебя есть задание, – строго продолжает декан Дахара.

– И какое же?

– Соблазнить архисоветника Леонхашарта.

Какая разносторонняя у четвёртого факультета программа обучения и требования к студентам.

***

Машина несётся по улице. Потрескавшиеся фасады, крошащаяся кладка – всё это задевает Леонхашарта, хотя это не его город, и сохранность домов не его ответственность. А ещё деревья – здесь прямо в городе встречаются деревья, обочины покрыты пыльной, жухнущей травой.

– Да она вполне нормальная девушка, клянусь, ничего подозрительного я не заметил, – ищейка Васандр говорит много, быстро, перемежая наракские слова земными, и от этого у Леонхашарта, ещё не оправившегося от маскировки рогов, слегка звенит в голове.

Чем крупнее рога, тем сложнее добиться их уплотнения обратно в череп, а Леонхашарту прежде не приходилось заниматься ничем подобным, поэтому с мимикрией под человека он провозился добрых полчаса, но даже так рога норовят выскочить обратно, расправиться во всей своей красе.

– Малышка, конечно, классная, и тип магии я понять не смог, но, зуб даю, родаки у неё самые настоящие, они отдельно живут, я всё проверил.

Манерой общения этот ищейка чем-то напоминает Леонхашарту Шаакарана, только тот с котодемонической кровью, с него и спрос невелик, а ищейка – вполне обычный демон, но поведение такое, словно с ним сидит приятель, а не архисоветник. Это удивительно Леонхашарту, привыкшему к уважению, а то и страху.

Это странно – как этот город, за которым почему-то так плохо следят, как эти деревья и трава, растущие, несмотря ни на что.

«Какой этот мир другой», – Леонхашарт постукивает пальцем по папке с данными на Анастасию.

Прочитать содержимое он не может: по протоколу безопасности все отчёты составляются на местных языках и на наракский переводятся дома, чтобы иномиряне не могли расшифровать демонический язык.

Но того, что рассказал Васандр, вполне хватало, чтобы крепко задуматься: биография Анастасии будто создана для того, чтобы подтвердить её происхождение от землян: очень много контактов, мест жительства. Просто огромное число свидетелей её жизни от рождения до исчезновения с Земли.

– …хотя мать у неё та ещё штучка, – врывается в мысли бодрый, панибратский голос Васандра. – Но вы сейчас сами увидите.

Автомобиль сворачивает в переполненный другими машинами двор. Здесь темно – старые деревья и высотные дома закрывают площадку от солнца. На редких клумбах срезана вся растительность, в потрескавшемся асфальте слишком много выбоин.

«Какая неудачная планировка», – думает Леонхашарт, выбираясь из машины следом за Васандром.

Порыв ветра срывает с деревьев несколько желтеющих листьев, и они спиралью падают к ногам Леонхашарта.

Васандр первым проходит к двери в подъезд, щелчком пальцев справляется с кодовым замком и распахивает перед Леонхашартом дверь:

– Прошу. Второй этаж.

Здесь тоже веет запустением, на стенах процарапаны надписи. На втором этаже Васандр стучит в дверь и зовёт:

– Маргарита, это Вася, откройте, пожалуйста!

Через несколько мгновений дверь распахивается. Женщина похожа на Анастасию почти изумительно, хотя не может похвастаться угольной чернотой волос, – они у неё каштановые с рыжим отливом, – но такие же густые, роскошные, а глаза зелёные. Яркий макияж, шёлковый халат с кружевами, тапочки на каблуках, призывный изгиб тела, обволакивающе-сладкий аромат духов. Но самое главное – взгляд: оценивающий, влажный, мечтательный, выдающий в ней женщину, умеющую и любящую пользоваться своей привлекательностью.

– Вася, – она улыбается с точной дозировкой ласки и снисходительности, – рада тебя видеть. Представишь мне своего друга?

На Леонхашарта часто смотрели так, как смотрит сейчас она: пожирая взглядом, приглашая как минимум к флирту. Он взмахивает рукой, и её сознание, подавленное всплеском его магии, гаснет. Поймав падающую женщину, Васандр почти с укоризной замечает: