Читаю я медленно, но всё же читаю, так что в договор Юмаат, даже если хотела что-то добавить, добавлять не стала. Напоследок я ещё раз внимательно обдумываю каждый пункт, выискивая варианты трактовки, которые могли бы причинить мне вред, но не нахожу их.

Честный договор с демоном – звучит как оксюморон, но… похоже, что он действительно честный.

– Подписывать кровью? – усмехаюсь я.

– Да, капля рядом с подписью – для генетического подтверждения, если вдруг решишь оспорить договор, – Юмаат нетерпеливо поглядывает на часы. – Давай закончим с этим скорее.

Она выгребает из кармана браслеты для рук и ног, подвески. Всё выглядит украшениями, но, подозреваю, это те самые приборы, которые мне по договору надо носить на себе. Хорошо хоть не тараканов своих предлагает, подмигивающих из волос и кармана на её груди.

Вздохнув, беру её ручку и подписываю договор. Юмаат сдёргивает с неё колпачок, а там – игла.

– Это негигиенично, – замечаю я. – Я не собираюсь протыкать себе палец необработанной иглой.

Покачав головой, Юмаат вытаскивает из кармана бутылочку и откупоривает её. Резкий запах спирта наполняет воздух.

Подписавшись на каждом из шести листов договора, я обмакиваю иглу на конце ручки в спирт, после чего протыкаю подушечку пальца и оставляю капельки крови рядом с подписями и расшифровкой. Юмаат делает то же самое и отдаёт мне три листа – моя копия договора.

Оставив листы сохнуть, я оглядываю браслеты и начинаю их неторопливо надевать.

– Расскажи мне о саламандрах. Почему их запрещено держать у себя?

Юмаат вытаскивает планшет и, судя по картинкам, настраивает связь с моими «украшениями».

– Саламандры – полностью магические существа. Их скопления могут вызывать выплески магии и спонтанные изменения магического поля, поэтому их гнёзда уничтожают, и одиноких особей тоже на всякий случай. А ещё потому, что они похожи на драконов, а в Нараке большинство терпеть не может драконов.

– Но не ты, – замечаю я, пряча сразу три браслета под рукавом.

– Нет, конечно, – лицо Юмаат загорается воодушевлением. – Драконы такие интересные! Огнём плюются, у них чешуя бронированная вырастает, некоторые с возрастом меняют цвет, а ещё у них есть искусственная эволюционная ветвь! Я сама хочу себе хотя бы одного для исследований. Личного, собственного дракона, с которым я могла бы делать что захочу… – вспыхнувшая при этих словах маниакальная улыбка Юмаат быстро гаснет. – А придётся довольствоваться всего лишь саламандрой.

– А дракона никак не достать? – спрашиваю не из сочувствия, а из любопытства: всегда мечтала посмотреть на динозавра, но и дракон сгодится.

– Нет, – тяжко вздыхает Юмаат. – Никто мне дракона не даст, гады жадные даже чешуйкой драконьей не поделятся, я же из НИИ, наша юрисдикция – Нарак и его обитатели. А допуска для работы с другими мирами я никогда не получу.

– Почему?

– Наследственность не та.

– В смысле? – я подтягиваю колено и надеваю браслет на лодыжку, прикрываю прибор штаниной.

– В некоторые сферы деятельности можно попасть только если принадлежишь к семье, которая испокон веков в этой сфере задействована. Я из обычной семьи, при текущей политике руководство НИИ Нарака – мой карьерный потолок. – Юмаат протягивает мне маленькое колечко с овальным утолщением. – Это для саламандры, надень ей на шею.

– А о саламандрах подробнее, пожалуйста. – Закончив с браслетом на второй лодыжке, вытаскиваю свою маскирующуюся прелесть: она сразу сливается с рукой. – Чем кормить, как ухаживать, как прятать, чтобы она не попалась службе зачистки? Чем она опасна?

Юмаат наклоняется, прижимая огромный бюст к терминалу, и вглядывается в саламандрочку.

– Мимикрирующая саламандра. Удачный вариант, огненные более пожароопасны, их сложнее контролировать, а водной потребовался бы аквариум. Она будет питаться магией вокруг тебя. Они любят купаться и спать в тепле. Тебе придётся носить её с собой, потому что сейчас по всему сектору факультета расставляют ловушки, и если саламандра одна пройдёт рядом с ними, они сработают. Опасна она тем, что у неё может быть выплеск магии, но у одной саламандры он не так страшен, в секторе достаточно накопителей.

– То есть их можно было бы безопасно содержать, но их всё равно уничтожают?

– Так надёжнее. Пока она у тебя одна и под присмотром, это условно безопасно.

– И что здесь делает служба зачистки, как они узнали о ней?

– Её увидел рабочий, связал это с зачисткой гнезда саламандр неподалёку. Давай, надевай на неё датчик.

Я протягиваю саламандрочке кольцо. Она его обнюхивает, трогает лапкой… языком.

– Какого размера они вырастают? – интересуюсь на всякий случай.

– Трудно сказать. Последние тысячелетия попадаются только маленькие саламандры, но существует мнение, что прежде, когда магии в Нараке было много, они были ездовыми. Или некоторые виды были ездовыми. Сейчас нельзя сказать наверняка.