Я засомневался. Я никогда никому не рассказывал эту историю, даже Колину или отцу, и не хотел начинать сейчас. Отчасти, как сказал отец Хоук, это была осторожность — в прошлом году я получил несколько суровых уроков о том, что может случиться, если я проболтаюсь. Но отчасти это было слишком личное. Я даже не был уверен, что смогу объяснить, что произошло той ночью.

Но я зашел слишком далеко, чтобы отступать сейчас.

«Это произошло в прошлом году, весной», — сказал я отцу Хоуку. «После того, как я пришел к вам со своим котом. Вы сказали мне, что мой лучший шанс спасти его — это исцеляющий сигл. Поэтому я пошел искать Колодец Жизни...»

Запинаясь, я рассказал отцу Хоуку всю историю. Как я уходил из дома днем и ночью. Как наблюдал, как Хоббс угасал, а мои инфузии эссенции все меньше и меньше помогали. Как я перестал есть, чтобы сосредоточиться. Как в конце концов нашел временный Колодец Жизни, но он был слишком слаб, чтобы создать нужный мне сигл; как я все равно попытался и потерпел неудачу.

Когда я дошел до того, что произошло после, мой рассказ стал бессвязным. Мысли разбивались, как стекло. Звезды сияли невидимыми красками. Я падал в небо, удерживаемый на земле нитью.

«Потом, когда я попробовал во второй раз, мне показалось, что это... легко», — сказал я наконец. «Я создал сигл, пошел домой и использовал его. Потом долго спал».

Отец Хоук слушал в тишине. Только пристальный взгляд и то, как он слегка наклонился вперед, выдавали его сосредоточенность. «Увлекательно», — сказал он наконец. «А что потом?»

«На этом все», — ответил я. «Когда я проснулся на следующий день, все вернулось к норме. За исключением того, что я мог видеть эссенцию. Я не думаю, что это действительно усилило мою способность чувствовать — мой диапазон остался прежним, виды эссенции, которые я могу улавливать, остались прежними. Но вместо того, чтобы просто чувствовать их, я их теперь еще и вижу».

«Ты знаешь, почему так сложно научиться чувствовать?»

«Я всегда думал, что просто не умею это делать».

«Ответ кроется в самом названии», — пояснил отец Хоук. «Это буквально отдельное чувство. Другие чувства кажутся естественными, потому что ты всю жизнь тренировал их; когда начинаешь изучать друкрафт, то начинаешь с нуля. Но почему, по-твоему, это требует столько усилий? Младенца не нужно учить слышать. Как ты думаешь, почему все не могут сделать то же самое с эссенцией? Просто обнаруживать ее естественным образом, с рождения так же, как они слышат звуки?»

Я покачал головой.

«Краткий ответ заключается в том, что люди просто не очень хороши в этом», — сказал отец Хоук. «Для всех других чувств у нас есть специальная часть мозга, которая интерпретирует информацию, поступающую от чувств, а затем представляет ее нам в формате, понятном нашему разуму. Например, в задней части нашего мозга есть область, называемая затылочной долей, которая принимает и обрабатывает исходные данные, поступающие от наших глаз. И это на самом деле фантастически сложно. Ты когда-нибудь задумывался, сколько информации дают нам наши глаза? Достаточно одного взгляда на комнату, и ты сможешь оценить ее форму, цвет и размер, увидеть, насколько она светлая и сколько внутри людей, и даже узнать их по лицам. И все это ты можешь сделать менее чем за секунду. Это удивительная способность».

Я никогда не думал об этом с такой точки зрения. «Я... думаю, что да».

«У людей нет ничего подобного для восприятия эссенции», — продолжил отец Хоук. «В нашем мозгу нет такой части, которая выполняла бы всю тяжелую работу по обработке и систематизации информации. И поэтому мы должны изучать все это самостоятельно. Медленно, терпеливо, шаг за шагом. И даже в этом случае мы навсегда ограничены нашими природными способностями точно так же, как наше обоняние никогда не сравнится с обонянием собаки, даже если мы будем тренироваться всю свою жизнь.

Я думаю, что твоя особая способность позволяет обойти это ограничение. Она получает необработанные данные от твоих органов чувств и передает их в затылочную долю таким образом, чтобы твой мозг мог использовать весь этот сложный аппарат обработки визуальных данных для преобразования информации в форму, которую ты сможешь быстро и легко понять. Чем больше ты совершенствуешь свое восприятие, тем более полезным оно становится. Это довольно замечательный дар».

«Хм», — протянул я. Я немного посидел, размышляя над тем, что сказал отец Хоук. «Так это... направляет мои ощущения через ту часть мозга, которая позволяет мне видеть, хотя на самом деле я ничего не вижу?»

«Верно».

«Но вы только что сказали, что человеческий мозг так не работает».

«Верно».

«Тогда как я могу это делать?»

«Ты был изменен».

«Изменен?»