Моя мать снова оглядела меня с головы до ног с легкой улыбкой. "Ты действительно стал таким красивым". Она потянулась к моей щеке, затем заколебалась и опустила руку, ее улыбка погасла. "Я знаю, что это было трудно, но... держать тебя вдали от семьи, держать все в тайне... это было для твоего же блага. Пожалуйста, поверь в это".

Я молчал.

"Ладно", - сказала она. "Мы еще поговорим. Хорошо?" Она пошла прочь по мосту. Я смотрел ей вслед, пока она не скрылась в темноте, а потом еще некоторое время стоял там, пока вечер не перешел в ночь.

***

По пути домой мне было не по себе.

Я хотел поговорить со своей матерью, и я это сделал. И это заполнило некоторые пробелы. Некоторые странные подробности о том, как Эшфорды относились ко мне, теперь обрели гораздо больше смысла.

С другой стороны, на все вопросы, которые меня действительно волновали, она так и не ответила. На самом деле, чем больше я думал об этом, тем больше мне начинало казаться, что моя мать делала то, что, казалось, всегда делала ее семья: говорила правду, но опускала важные моменты. Почему она не могла просто рассказать мне всю историю? Неужели потому, что ей нужно было сначала что-то прояснить?

Или это было потому, что она не хотела, чтобы я услышал какие-то детали?

Я задумался, не пыталась ли она убедить меня или саму себя, когда говорила о том, что это для моего же блага.

Я вздохнул и откинул голову на спинку вагона. Поезд вез меня на восток через Лондон, постепенно пересекая богатые районы и приближаясь к более бедным. Все остальные пассажиры в вагоне смотрели в свои телефоны, чему я был рад. Сейчас мне хотелось побыть одному.

Что ж, в одном я был совершенно уверен: моя мать имела не больше представления о том, где находится мой отец, чем я. Она сказала, что собирается разобраться в этом, но в ее голосе не было особой надежды. Я не очень верил, что она найдет его для меня.

У меня заканчивались зацепки. Оставалась только одна.

***

"Нет, я ничего о нем не слышала", - сказала тетя по телефону.

"Ни писем, ни электронных писем?"- спросил я. "Он вообще не пытался с тобой связаться?"

"Стивен, я уже сказала тебе, что ничего не слышала о нем", - сказала тетя. "В этом-то и проблема с тобой - ты никогда не слушаешь".

Я подавил вздох. Это было примерно то, чего я ожидал.

"Надеюсь, ты больше не работаешь в том баре", - спросила тетя.

"Я не работаю там с прошлой осени", - ответил я. "Я устроился на государственную службу".

"Так ты больше не думал о поступлении в университет?"

"Немного", - уклончиво ответил я. "Я, пожалуй, пойду. Передавай привет Полу".

"Оставайся на связи, хорошо?"

Я повесил трубку и посмотрел на экран телефона. Ну, вот и все.

Я вернулся в дом, поскольку выходил в сад, чтобы позвонить, и поднялся по лестнице в свою комнату. Хоббс встретил меня мяуканьем и потерся о ноги. Я почесал его за ушами, затем опустился на кровать и прислонился к стене. Затем достал из бумажника маленькую карточку и поднес ее к свету.

На карточке не было ни имени, ни адреса. Там было просто изображение пяти стилизованных, слегка изогнутых черных крыльев, кончики которых были направлены наружу, образуя подобие пятиконечной звезды. Под ней был указан номер телефона. Я долго смотрел на карточку, поглаживая Хоббса, прижавшегося ко мне, потом достал телефон, ввел номер и написал: я хочу знать больше. Мой большой палец завис над кнопкой "Отправить", затем нажал на нее. Сообщение растворилось в воздухе.

Прошло пять минут.

Телефон завибрировал. Я поднял глаза от Хоббса и прочитал ответ.

Конечно. Только назови время и место.

Глава 4

На следующий день все пошло наперекосяк.

Я допоздна решал, где провести встречу, пытаясь понять, куда можно пойти, чтобы было безопасно. Даже после того как я наконец сделал свой выбор, мне было трудно заснуть, и я несколько часов ворочался, прежде чем провалиться в сон. Я назначил встречу на воскресенье и размышлял, не пойти ли мне сначала к отцу Хоуку.

Но когда я проснулся, то получил сообщение от Марии. Она хотела, чтобы я встретился с ней в ее офисе на Фенчерч-стрит.

Прямо сейчас.

Тон письма не был дружелюбным. Я поехал по окружной линии до Тауэр-Хилл.

***

Офисы "Линфорд" находятся в гигантской башне странной формы из стали и стекла недалеко от Олдгейта, настоящего названия которой я не знаю, но которую все называют "Уоки-Токи" (если вы ее увидите, то поймете почему). В этой части Лондона много небоскребов, огромных, возвышающихся зданий, которые смотрят на вас сверху вниз. Для меня они - часть пейзажа, выемки на линии горизонта, которые вы видите, выглядывая ночью из окна своей спальни. Мой отец не любил их - он часто говорил мне, что люди, которые там работают, - враги. Сегодня я впервые побывал внутри.