Его ворчливая пара крутилась поблизости — помогать она не желала, но любопытство заставляло ее наблюдать за сборами. Валлек не без гордости демонстрировал ей свою стать в полном регалий облачении: золотой нагрудник, отполированный до зеркального блеска, кожаные сапоги с меховой оторочкой, летняя льняная мантия цвета бордо с золотой вышивкой, кожаные наручи со вставками из железа, горжет с рубинами, а также золотые накладки на уши и клыки.

Уходя, он одарил Равенну усмешкой.

— Я скоро вернусь, — пообещал он.

— Я никуда не денусь, — съязвила она.

Хотя это было сказано как шпилька, ее слова его успокоили. Зверь внутри перестал метаться, зная, что пара надежно укрыта в его покоях под присмотром Брун.

К тому моменту как Ульрих и Маттиас ввели людей Хротгара в базилику, Валлек уже восседал на троне, положив ладонь на эфес Гормхима. Придворные Балмирры выстроились вдоль центрального прохода, с интересом разглядывая орков из Иннриндома.

Седой вождь вел свою делегацию, кривя рот вокруг клыков. Его визит не был сюрпризом — они с Эйдис обсуждали, пришлет ли Хротгар кого-то своего, узнав о предложении Кеннума. Поразило другое: Хротгар приехал лично. Он не любил покидать свою твердыню, а уж тем более возглавлять мирные посольства.

Когда иннринцы приблизились, Валлек ответил на хмурый взгляд Хротгара приветливой улыбкой. Выпрямившись на троне, он протянул руку.

— Друзья мои, — пробасил он, и голос эхом разнесся под сводами, — добро пожаловать в Балмирру.

Придворные склонили головы в знак уважения к обоим вождям. Иннринцы же ответили вразнобой: лишь некоторые сочли нужным выказать почтение Валлеку.

Хротгар в их число не входил. Он шагнул вперед, скрипя кожаным доспехом, и остановился у подножия помоста. Несмотря на возраст, он оставался грозным противником: широкие плечи все еще бугрились мышцами. Его грива и аккуратная борода посеребрились, а один глаз затянуло мутной пеленой ревматизма. Челюсть и предплечья были усыпаны мелкими шрамами — грубая летопись его долгого правления.

— Видный холм ты себе отхватил, — сказал он вместо приветствия.

Улыбка Валлека стала острее. Балмирра была горой, и Хротгар это прекрасно знал.

— О да. Надеюсь, подъем не оказался для тебя слишком крутым?

Хротгар хмыкнул.

— В этих старых коленях еще остался порох. — Сощурив незрячий глаз, он продолжил. — Ладно, нет смысла тянуть кота за хвост. Я слышал, тебе нужна королева. Что ж, я привез ее тебе.

Валлек кожей чувствовал торжество Эйдис, стоявшей поодаль: она оказалась права.

— Весьма любезно с твоей стороны, — произнес Валлек.

— Тебе будет из чего выбрать, — согласился Хротгар.

Старый вождь отошел в сторону, пропуская вперед трех орчих. Все они были облачены в сияющий зеленый шелк с серебряным шитьем — цвета Иннриндома. Каждая была прекраснее предыдущей: одна высокая и пышногрудая, вторая с соблазнительно широкими бедрами, а третья — с копной каштановых кудрей, большая редкость среди нашего народа.

— Это мои дочери, Ифелла и Ингрид, — он указал на первых двух, — а это моя племянница, Биргит. — Та самая, с кудрями. — Любая из них станет достойной королевой.

Орчихи склонили головы, улыбаясь ему, сверкая серебром на клыках и маня глубокими вырезами туник. Кровь Валлека быстрее побежала по жилам от такого изобилия — глаза разбегались. Любой самец убил бы за возможность такого выбора.

— И что же ты надеешься получить от такого союза, друг мой? Расстаться с женщинами своего рода — высокая цена.

Хротгар откашлялся, словно слова застряли в горле. — Королева из иннринцев… объединит наш народ.

— То есть ты признаешь мою власть?

Губы старого вождя плотно сжались, но в конце концов он выдал:

— Да. Я готов заключить договор.

Валлек скрыл торжествующую улыбку, прикрыв рот рукой, и лишь серьезно кивнул в ответ.

Это было именно то, чего он добивался. Несговорчивый вождь Иннриндома пришел сам, чтобы выторговать мир. Все, ради чего они с Эйдис трудились — мирный, дипломатичный конец сопротивления на востоке. Наконец-то у него будет единое королевство орков, достаточно сильное, чтобы противостоять угрозе Пирроса.

Он должен был радоваться. Должен был уже прикидывать, какая из трех невест подойдет ему лучше всего.

Но в голове не было ни одной подобной мысли. Нет, все думы были только о разгневанной полу-фэйри в его покоях.

Праматерь славилась своим жестоким чувством юмора. Как раз в тот момент, когда Валлек получил все, чего желал, она заставила его выбирать.

Восток без кровопролития. Или его пара-фэйри — и, возможно, новая война.

Боги, ну и беспорядок.

10

Прошло много времени, прежде чем кто-то вернулся в королевские покои. Солнце уже почти коснулось горизонта, когда Валлек вошел в двери, и Эйдис следовала за ним по пятам.