А я буду раз за разом рушить его надежды. Точно так же, как он рушил мои каждый раз, когда я ждал его, а он так и не появлялся.

Это будет моя сладкая месть человеку, который всегда был лишь проблемой в нашей с мамой жизни.

Стоит мне переступить порог клуба, как он взрывается — радостные крики переплетаются с алкоголем и невнятной речью. Восторженные руки хлопают меня по спине, потные тела прижимаются со всех сторон, каждый пытается урвать от меня кусочек.

Я натягиваю свою дежурную улыбку как вторую кожу, поднимая бокал и отвечая на похвалу привычными фразами: «Это общая заслуга» или «Поаплодируйте моим парням, Ричардсону и О'Коннору».

Мои попытки проявить скромность не особо работают. Парни подхватывают меня и качают на руках, заставляя весь клуб скандировать: «Капитан! Капитан! Капитан!»

Это… как минимумнеудобно.

Но я терплю. Они убивались ради этого матча, и победа над «Гадюками» — это уже само по себе чемпионство. У нас просто гроши по сравнению с их финансированием, экипировкой и крутыми тренерами.

Единственная причина, по которой мы победили, — это чистая решимость.

И, ну, мне все же удалось вывести из строя их главного козыря, левого нападающего Армстронга.

Не то чтобы я не пытался сделать это во время прошлогодних игр или более ранних матчей, но он всегда был скользким, словно хамелеон, и менял личности за долю секунды.

К тому же он почти не обращал на меня внимания, переключаясь на защитников.

Заставило ли это меня усерднее работать в защите? Возможно. Я скорее атакующий центральный нападающий — или был им раньше. В последние пару лет я играю в защите так, как никому и не снилось.

Отточил этот навык до такой степени, что даже Ричардсон не может за мной угнаться, а ведь он один из лучших защитников в лиге.

И оно того стоило, потому что сегодня вечером я наконец-то залез кнему под кожу.

Разряд тока пронизывает меня при воспоминании о презрении, которое исходило от него волнами, когда он впечатал меня в борт.

Удар был настолько жестоким, что борт треснул, и он свалился на меня сверху с дикими глазами и оскалом, тяжело дыша, словно раненый зверь.

Загнанный в угол.

Даже несмотря на то, что это он вжимал меня в лед.

Тогда я протянул к нему руку. Без понятия зачем.

Вот и сейчас думаю об этом и все равно не пойму, что хотел сделать. Снять с него шлем? Коснуться его лица?

Или это было что-то куда более темное, как три года назад?

Теперь уже не узнаешь, потому что Кейн стащил его с меня, а Джуд полез со мной драться.

Сплошной геморрой, честно говоря.

Я втащил ему сильнее, чем обычно в таких стычках, потому что он прервал кое-что важное.

То, чтомогло оказаться важным.

Я покачиваюсь, когда парни наконец отпускают меня на землю, но это связано не столько с приземлением, сколько с головокружительной потребностью вдребезги разбить маску Армстронга.

Сегодня вечером я пустил по ней первую трещину, но могу сделать ее больше, шире и настолько невероятно глубокой, что он сломается безвозвратно.

Мои сокомандники отрываются по полной, не буду им мешать. Они это заслужили.

Все в клубе танцуют, общаются, трутся друг о друга в танце, пьют, пьют и еще раз пьют.

Я ненадолго присоединяюсь к ним, позволяя волне унести меня, запрокидываю голову и растворяюсь в громких басах музыки.

Но никакое изобилие ощущений не способно распутать узлы напряжения, сковывающие мои плечи.

Или развеять онемение, затаившееся в груди.

Меня вообще трудно чем-то зацепить. В теории я понимаю, что секс, алкоголь, тусовки и все то, чем увлекаются люди моего возраста, должны приносить веселье.

Но нет.

Помимо хоккея и моего мотоцикла, я ни в чем не нахожу удовольствия.

Однако, усердно делаю вид, что это не так.

Я подхожу к барной стойке и заказываю выпивку, приглядывая за парнями на случай, если кто-то из них переберет.

Завтра у нас легкая тренировка, и хотя мы выиграли сегодняшний матч, это только начало, а не конец чемпионата.

Я намерен выиграть его в этом году, что даст мне дорогу в НХЛ и, что еще важнее, солидный чек.

У О'Коннора и особенно у Ричардсона тоже есть шанс попасть в профессионалы, если они сосредоточатся на игре и перестанут отвлекаться на сопливые чувства и мимолетные интрижки.

— Капитан! — Ричардсон плюхается на барный стул рядом со мной, от него несет виски, и протягивает мне свой телефон. — Ты это видел?

Это статья из крупного спортивного онлайн-журнала. Заголовок гласит: «Волки» громят «Гадюк» в сенсационном матче.

— Они использовали слово «громят». Разве это не офигенно? Их фанаты просто слезами захлебываются в комментариях.

— Так им и надо, — я забираю телефон из его руки и пересылаю статью себе.

— Отличная идея. Скину ее в общий чат, — он быстро печатает, не глядя на меня. — У меня есть еще статьи, так что их тоже отправлю. Пресса просто слюни пускает по твоей игре, Капитан!