Едва Майрок заходит внутрь, как сразу же наклоняется и целует меня. Так жадно и в тоже время трепетно, что я окончательно теряю себя. С каждым прикосновением его губ, я будто умираю и воскресаю вновь.

Даже эти несколько дней разлуки едва не свели меня с ума. Мне хочется верить, что он тоже скучал по мне. Я думала о нём каждую секунду.

Едва замечаю, как Майрок подхватывает меня на руки и опускает на кровать. Он нависает сверху, ладонями нетерпеливо скользя по бёдрам. Моё дыхание сбивается, желание растекается внутри сладкой патокой.

Как же я хочу быть с ним.

Прямо сейчас я смотрю на его идеальное лицо, освещённое светом красной луны, и понимаю, что, если бы меня заставили выбирать, приставив к сердцу кинжал: моя нынешняя семья или Майрок? Я бы выбрала его. И я перестала винить себя за это.

Хоть Майрок и не предлагал мне ничего, я знаю, что наши чувства взаимны.

Мысли растворяются под натиском нашей долгожданной близости.

Майрок наклоняется и касается моей шеи коротким жалящим поцелуем. Я едва не задыхаюсь от удовольствия. Воздух между нами горит и плавится.

Я приподнимаюсь, стягивая через голову ночную рубашку. Майрок следует моему примеру, стремительно раздеваясь.

Наши касания быстрые, горячие, пропитанные жгучим ядом нетерпения. Каждое движение – это жажда. Мы оба хотим утолить голод, который грызёт нас изнутри.

Майрок прижимает меня к себе с неистовой жадной страстью. Его кожа обжигает, моё дыхание вырывается наружу тяжёлыми рваными выдохами. Его пальцы скользят по моему телу, рисуя огненные узоры на бёдрах, животе, груди. Я выгибаюсь ему навстречу.

– Ты даже не представляешь, как нужна мне, – шепчет он хриплым, наполненным безумным желанием голосом.

Момент нашего единения острый и болезненно сладкий. Я вскрикиваю, и закусываю губу. Майрок не церемонится, он грубо и голодно врывается в моё тело, я так рада чувствовать его, что прижимаюсь к нему всё ближе. Мы задыхаемся в нашем общем безумии.

На кровати так мало места, но сейчас это совсем не важно. Дракон на моём плече горит огнём. С каждым восхитительно-чувственным толчком я всё больше улетаю куда-то в другую галактику.

Мы сливаемся в единое целое.

Меня качает на волнах невыразимого блаженства, и когда оно достигает своего пика, я вскрикиваю и мимолётно прижимаюсь губами к метке на ключице Майрока.

Он в ответ исступлённо целует меня, проникая языком в рот. Жадно. Глубоко. Мокро.

– Ты моя, – произносит он.

Его голос наполнен чем-то первобытным, собственническим. А спустя несколько сильных, впечатывающих меня в матрас, толчков Майрок с тихим рыком изливается внутрь.

Я чувствую, как меня заполняет что-то горячее, и на мгновение прикрываю глаза.

Дрожу от переполняющих ощущений, сердце колотится, а дыхание сбивается. Майрок не двигается, остаётся внутри меня, прижимаясь сверху горячим телом.

Он зарывается в мои волосы, а я обнимаю его спину. Бездумно улыбаюсь, разглядывая потолок. Поглаживаю кожу Майрока, радуясь приятной тяжести его тела.

Разве есть на свете, что-то прекраснее? Может это любовь? Так её и выражают?

Опасная мысль заставляет меня прийти в себя.

Майрок поднимается, зависает надо мной на локтях. Я вижу, как он всё ещё тяжело дышит. Его взгляд мимолётно скользит по моему обнажённому телу, но я не чувствую стеснения. Позволяю ему разглядывать себя, и сама любуюсь им.

Идеальным. И только моим.

Майрок отодвигается и садится на край кровати, боком ко мне. Я не протестую, потому что вдвоём и правда не слишком удобно.

Делаю глубокий вдох, и сердце сладко замирает.

Я снова говорю себе, что наконец-то выбираю его. Больше нет сил противиться и отрицать очевидное. Мне не хочется разрывать нашу истинность. Майрок единственный, кто делает меня по настоящему живой.

Я должна сказать ему об этом, это будет честно. Между нами не должно быть недомолвок.

Я буду с Майроком, пока учусь в академии. У меня будет время перевоспитать Вильяма и сделать из него мужчину. Буду помогать брату. А потом уж решу, хочу ли я быть с Флеймом, или стать главой нашего рода.

Пусть отец бы и осудил меня, посчитал слабой, но я безумно счастлива, делая сейчас этот выбор. Он правильный.

Но я должна понять, нужно ли это всё Майроку.

– Нам надо поговорить… – тихо начинаю я с лёгким волнением в голосе. – Хочу кое-что сказать.

– Да, Медея? – Майрок встаёт и бросает на меня нечитаемый взгляд с высоты своего роста.

В нём будто что-то мимолётно изменилось. Но я не понимаю, что именно. Слова замирают на кончике языка, я наблюдаю, как Флейм начинает неспешно одеваться. Надевает брюки, накидывает рубашку и медленно застёгивает пуговицы, глядя на меня.

Он уже уходит? Почему одевается? Мы даже парой фразой не перекинулись. А он ведь ещё обещал всё объяснить.

Смотрю в его пустые глаза, и улыбка медленно сползает с моего лица.

– Что-то случилось? – я вскакиваю с кровати и быстро надеваю ночную рубашку через голову.