— Ваша одежда ужасна, — заявляет королева, переводя взгляд между Лили, Беллой, Максин и мной. — Вы не переоделись с поездки на рынок?

— Они не переоделись, Ваше Величество, — вежливо вмешивается жрица Серафина, низко приседая в реверансе на ступени, и ее голос разносится по тронному залу. — Горничная, отвечающая за их наряды…

— Довольно. — Королева поднимает руку, заставляя жрицу замолчать. — Мы не будем говорить об этих предателях на этом собрании.

Предатели? Они говорят о Саншайн, Эмбер и Сноу?

— Да, Ваше Высочество. — Жрица снова кланяется, прежде чем исчезнуть в тенях. Мое сердце сжимается от зависти при виде того, как она уходит.

— Регент? Объяснись! Почему мои питомцы не одеты в более подобающие наряды? — Крик королевы разносится, как крик вороны, но Регент не отвечает на ее зов. На самом деле, его нигде нет. Вместо этого вокруг нас воцаряется тишина, пока королева пытается скрыть свое презрение к отсутствию ответа дворецкого за кривой улыбкой.

— Что ж, тогда, полагаю, я сделаю это сама, — сладко говорит она. Величественным взмахом руки она указывает на Беллу, чей испачканный грязью комбинезон превращается в платье, струящееся серебряными лепестками цветов, стекающими по ее телу, в сочетании с искрящимся ожерельем, ниспадающим на выемку ее горла. Теперь еще более заметно, когда она проглатывает свой страх.

Наряд Максин преображается следующим, в кроваво-красное платье с кожаным корсетом, с острыми металлическими вставками, выступающими из наплечников и скользящими по ее рукам. Она выглядит как ходячее оружие, что уместно, учитывая ее любовь к острым кускам металла. Я представляю, что одним правильно поставленным ударом локтя в лицо она могла бы убить кого-то. Завершает ее наряд толстый золотой ободок на голове, украшенный символами мертвых. Еще более уместно. Изображения ее павших врагов. Она выглядит абсолютно потрясающе.

Комбинезон Лили быстро заменяется ее драгоценным сиреневым платьем с рынка, которое теперь вернулось в свою первоначальную форму — без дырок. Ее губы изгибаются в облегченной улыбке, когда она проводит пальцем по своим розово-золотым волосам, теперь уложенным в нежные локоны. Она выглядит как принцесса.

Все они выглядят как принцессы.

Закончив свою работу, королева встает, намеренно оставляя меня в моем потном черном комбинезоне страдать, но перед этим награждает меня дикой улыбкой.

Ладно, эта стерва действительно злая.

— Боги высшего порядка, — объявляет она, широко раскинув руки, — собравшиеся здесь под моей властью, я созвала этот военный совет, чтобы сообщить вам новости. Века назад мы вели войну против драконов и победили. Под моим мощным кулаком их замок пал в руины. Их города были разрушены, а их кланы осквернены. С тех пор мы построили целую империю, не имеющую себе равных по силе. — Она делает паузу для драматического эффекта, ее слова проникают в мою покрытую мурашками кожу. — До сегодняшнего дня! Сегодня драконы вернулись из мертвых. Они не только прорвались сквозь завесу и сбежали из Чистилища, но и пересекли Море Левиафан, чтобы проникнуть в наши города. Они украли нашу магию и объединились с мятежниками прямо у нас под носом. Их действия — это призыв к войне, на который мы должны ответить хладнокровной местью.

Восстание? Она говорит о валенорианцах?

— Как захватывающе, — говорит бог на дальнем конце, чьи суровые глаза смягчены водоворотом серебряных кудрей. Я не узнаю его загадочную полуулыбку, которая пересекает правую половину его лица, как боевая рана. Другая половина его лица скрыта маской. Он похож на бога, облаченного в магические одежды, которые представляют собой кричащее сочетание бархата, шелка и звезд.

Кто, черт возьми, это?

Рядом с ним Богиня Шепотов притворно зевает, ее платье напоминает мне вулканическое стекло. Она выглядит одновременно эфемерной и жестокой, откидываясь на трон, ее занавес алых волос и загадочных глаз заставляет волосы на моих руках встать дыбом.

Разиэль хрустит костяшками и гремит:

— Я хочу, чтобы они ушли. — Он указывает на новоприбывших и скрещивает руки на груди.

А, похоже, мы впервые на одной волне.

Серебряноволосый бог одаривает Разиэля скользкой улыбкой, небрежно сжимая рукоять своей сверкающей трости.

— Смерть мне не к лицу, Брат. Она слишком тиха и скучна. Я предпочитаю вместо этого всю жизнь тебя раздражать.

Кулаки Разиэля сжимаются.

— Наши братья и сестры вернулись из своего запустения, чтобы предложить нам помощь, — вмешивается королева. — Уместно, что они присутствуют на этом собрании, так как мы должны отпраздновать их прибытие. Ты не согласен?

Разиэль поднимается ей навстречу, его мощный голос захватывает весь тронный зал в удушающую хватку.

— В этой вселенной нет магии, способной воскресить божество из мертвых. Даже несанкционированная темная магия. Объяснись, Сестра. Как они вернулись?