Его руки сжимаются вокруг меня.

— Я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понимать: она не остановится ни перед чем, чтобы найти Ворона. Твое Кровное Заклинание — это мишень, осознаешь ты это или нет. Фрэнк не единственный, кто сдаст тебя богам в обмен на награду. Ты не можешь никому доверять в Авроре.

— Это был твой план с самого начала? — спрашиваю я. — Сдать меня богам? — Я стараюсь сохранять ровный тон, но когда последний слог разносится над деревьями, мой голос срывается, рассыпаясь на осколки.

Августин, кажется, размышляет над этим молча, прежде чем ответить.

— Ты слишком высокого мнения обо мне, Шей. Если это твое настоящее имя. Нет, я не собираюсь сдавать тебя богам. На самом деле, я намерен спрятать тебя от королевы просто чтобы досадить ей. — С этими словами он резко дергает поводья влево, направляя Аида к небольшой прогалине у дороги, где вьющиеся розы в шипах цветут среди переплетенных деревьев, а аромат влажных листьев плывет в приветствии.

Он спешивается и протягивает руку.

— Мне не нужна твоя помощь, — протестую я, соскальзывая с седла и падая лицом в лужу грязи.

— У тебя координация голубя в ураган, — замечает он, даже не пытаясь сохранять самообладание, пока роется в своей сумке и достает свернутую куртку. Он швыряет ее в меня, безумно смеясь.

Я ловлю ее, гнев пронзает меня, пока я вытираю лицо ее рукавом.

— Если ты еще раз так меня назовешь, я выклюю тебе глаза. Зачем мы остановились?

— Мне было бы очень приятно, если бы меня заклевала насмерть красивая женщина. — Его улыбка становится шире, будто он наслаждается этой бессмысленной болтовней. — Что касается того, почему мы остановились, Аиду нужно отдохнуть на ночь.

Аид одобрительно фыркает.

— Отдохнуть на ночь? — спрашиваю я, окидывая его взглядом. — Если ты намекаешь, что ожидаешь, что я буду спать рядом с тобой, то тебя ждет жестокое разочарование.

Он вскидывает бровь. Я пристально изучаю его, притворяясь, что мысль о том, что его большое, мускулистое тело лежит рядом с моим, заставляет мои бескровные губы скривиться в отвращении. Хотя его тепло могло бы поднять мою температуру.

Он бормочет что-то невнятное через плечо и исчезает в зарослях, оставляя меня наедине с его лошадью. Я смотрю в огромные карие глаза животного, пытаясь понять, честен ли его хозяин в своих намерениях.

С одной стороны, Августин похож на того, кто рассмеется богам в лицо и спрячет то, что они ищут. С другой стороны, судя по тому, что я узнала, слепо доверять «кому бы то ни было» было бы глупо, независимо от их красоты. Особенно учитывая денежное вознаграждение за мою поимку. К тому же он до сих пор не сказал, куда мы направляемся, что кажется мне подозрительным.

Я смотрю на узкую тропинку леса. Неровная местность смотрит на меня в ответ. Я могла бы украсть его лошадь и сбежать обратно в Виндспайр. В конце концов, у меня все еще есть моя сумка и полпузырька Виталис Эрика, а значит, у меня достаточно денег, чтобы продержаться до…

До чего? У меня нет работы и никаких перспектив на нее. Мне некуда возвращаться, и нет друзей, в которых можно было бы найти утешение. Боги знают, что у меня нет семьи. А Эрик, наверное, уже в объятиях другой женщины, нюхает драконье дерьмо и смеется над тем, как он меня предал. Я совершенно одна.

Августин появляется из деревьев, берет уздечку Аида и дергает головой, приглашая меня следовать за ним. Я уступаю, но только после того, как перекидываю его куртку, покрытую грязью, через плечо, и мои шаги превращаются в тяжелую поступь, пока я осыпаю его спину потоком изобретательных проклятий.

Он ведет нас глубже в сердце леса, где под осколками серебряного лунного света маячит темная гладь воды. Буря над головой, возможно, уступила место ночи, но она все еще бушует в моем грохочущем сердце.

Бум, бум, бум.

Я наблюдаю за ним сквозь прищуренные глаза, пока он привязывает Аида к дереву. Я, кажется, забываю дышать, когда он срывает с себя доспехи, а затем стягивает влажную тунику под ними. Он медленно выжимает ее, обнажая широкую, темную грудь с четко очерченными мышцами, блестящими от влаги. Боги, он выглядит точно так же, как в моем видении, — с рядами золотых Кровных Заклинаний, спускающихся по обеим рукам в виде полумесяцев, рассыпанных созвездий и разбитых звезд. При виде этого я прикусываю нижнюю губу. Я никогда не встречала никого с более чем одним Кровным Заклинанием, не говоря уже о шести. Словно он собрал все потерянные Кровные Заклинания мира и выжег их на своей плоти, чтобы присвоить все магическое богатство себе. Может быть, туда и ушла вся моя магия.

— Хочешь присоединиться? — окликает он через плечо.

Я скрещиваю руки в негодовании и прислоняюсь к ближайшему дереву, притворяясь беззаботной, несмотря на дрожь.

— С чего ты взял эту глупую идею? — кричу я в ответ.

— О, не знаю, — говорит он, — с того, что ты пялишься?

Я чувствую, как щеки заливаются румянцем.