"Пять, - сказал Лексий, раздвигая листву, покрывавшую нижнюю часть цоколя, и открывая взору высеченные на мраморе валькеринские цифры.

"Еще один здесь, - сказала Каландра, указывая на второй череп и цоколь в нескольких шагах от него. Ищейка нашла еще три, и вскоре они поняли, что черепа - всего их было шесть - расположены по кругу. На каждом постаменте валькеринским шрифтом был написан порядковый номер. Круг окружал небольшую поляну, выделявшуюся из густого леса кучей листьев осеннего бронзового оттенка.

"От одного к шести", - задумчиво сказал Гайм Лексию. "Числа в азартной игре?"

"Но что за игра?" поинтересовалась Каландра. "И каковы ставки?"

Лексий наморщил лоб, переходя от черепа к черепу, и Гайм увидел, как сузились его увеличенные зрачки, пока в голове прокручивались различные варианты. Наконец, после долгих раздумий, он подошел к постаменту, на котором был начертан валькеринский символ "Единый", и коснулся рукой черепа, лежащего на нем.

Ветер поднялся, как только его рука коснулась кости, и небо над деревьями потемнело от набежавших серо-черных туч, а ветви заскрипели и застонали, листья, покрывающие поляну, закрутились в медную спираль. Гайм ощутил знакомый зуд, когда ветер задел его кожу; это было прикосновение магии, но в отличие от ауры Каландры, обладала сбивающей с толку суровостью, говорившей о совсем другом владельце.

Порывистый ветер сменился жестким и промозглым бризом, когда с земли были сметены последние листья, обнажив груду костей. Они были свалены друг на друга в беспорядке, ребра и позвоночники переплетались с черепами и бедренными костями. В отличие от черепов, лежащих на постаментах, на этих были видны трещины и пятна естественного разложения. Гайм заметил блеск различных древних безделушек среди груды останков.

"Итак, - произнес голос, и в центре останков возникла мерцающая фигура. "Меня ждет еще один глупец из высшего мира".

Фигура восседала на стуле из костей ног и рук, которые были скреплены вместе, образуя пародию на трон. Фигура была прикрыта капюшоном и согнута, две тонкие руки с серой кожей высовывались из рукавов заплесневелой мантии, чтобы ухватиться за подлокотники своего непристойного насеста. Лицо в капюшоне терялось в тени, но голос, доносившийся из него, был женским. Гайма поразило отсутствие хрипоты в голосе, он обладал силой и властностью, которые обычно можно услышать только от людей, обладающих большим богатством или привилегиями. Это был голос королевы, но с примесью нескрываемой снисходительности и глубокой горечи.

"Пришли попытать счастья?" осведомилась фигура, слегка приподняв голову, чтобы приоткрыть бледные древние черты лица. "Кто вы на этот раз? Герои в поисках силы, способной свергнуть тиранов? Или очередная шайка алчных негодяев?" Из-под капюшона донесся вздох, похожий на хриплый лай усталой собаки, а одна из тонких рук щелкнула пальцами по окружающему ковру из костей. "Здесь вы найдете их всех. Храбрых и трусливых, сильных и слабых. Присмотритесь и спросите себя, действительно ли вы хотите присоединиться к ним. Если ответ отрицательный, будьте добры, отвалите и оставьте старую женщину отдыхать".

Гайм обменялся с Ищейкой недоуменным взглядом. "Не очень-то она похожа на богиню", - прошептала заклинательница зверей. Однако сидящий призрак явно обладал очень хорошим слухом.

"Потому что я не богиня, тупая сука".

Она наклонилась вперед на своем костяном троне, обнажив часть лица - сморщенную, бескровную маску, похожую на высохшую бумагу, но все же сохранившую отголоски царственной красоты в высоких скулах и узком носе. "Вы хотите играть или нет?" - спросила она, и ее рука по-паучьи переместилась с подлокотника в складки мантии. Когда она появилась, Гайм увидел, что в высохшей ладони покоится кубик. "Только один из вас, учтите. И, чтобы вы знали, если поставите неправильно, вы все присоединитесь к моей пастве".

"Я приму вашу ставку", - сказал Гайм и шагнул вперед, уверенный в том, что если игра пойдет против него, меч защитит их от последствий.

"Только не ты, ты, высокий кусок дерьма!" - прорычал призрак. "Я выбираю игрока. Это единственная радость, которая осталась мне в этом вечном наказании". Ее глаза окинули всех четверых, сузившись в расчете. "Я задаю вопрос, и тот, кто на него ответит, делает ставку, кроме тебя, кусок дерьма. Я знаю природу этой штуки у тебя на спине и не думай, что подпущу ее к себе. И тебя тоже". Она пренебрежительно махнула рукой в сторону Каландры. "Слишком много магии в твоих жилах". Ее взгляд еще больше сузился, когда она перевела его на Ищейку и поджала потрескавшиеся губы. "Заклинатель зверей, да? Давненько я не встречала таких, как ты. У тебя сильный дар, к которому у меня иммунитет, но у твоего племени всегда было много других хитростей. Ты!" Она ткнула костлявым пальцем в Лексия. "Слабое тело. Посмотрим, будет ли у тебя такой же слабый разум".

Призрак снова уселась на свой трон и покатала кубик между большим и указательным пальцами. "Скажи мне, как меня зовут?"