"Это участок четвертого городского кольца", - пояснил Лукарни. "Место, где можно купить все, что угодно, если только покупатель готов рискнуть посетить его. Множество трупов сбрасывают в каналы, граничащие с ним, и мало кто задает вопросы об их смерти".

"Значит, здесь нет полиции?" спросил Гайм.

"Правящий Совет этого города давно придерживается определенного... прагматичного взгляда. Во всех городах есть районы, подобные Крысиному кругу. Они неизбежны, даже необходимы там, где так много душ живет в непосредственной близости друг от друга. Пока крысы остаются в своей канализации и не выпячивают свои амбиции, они предоставлены сами себе. Бывали случаи, когда это равновесие нарушалось, что приводило к печальным последствиям. Совет прагматичен, но зачастую это жестокий прагматизм".

Пройдя через искусственное море, отделяющее Кора Эксултия от собственно города, баржа вошла в лабиринт каналов на северной окраине первого круга. Водный путь сужался по мере продвижения судна вглубь, и, хотя высота окружающих зданий уменьшалась, они казались все больше и больше. Гайм также отметил, что чем дальше они заходили, тем больше менялся воздух: цветочные нотки внутренних колец уступали место едкому туману из древесного дыма, гниющих остатков и сточных вод. К тому времени, когда Лукарни попросил капитана баржи пришвартоваться, они были окутаны густым коричневатым туманом, который скрывал большую часть окрестных улиц.

"Подождите нас, - сказал магистрат хозяину баржи, и Гайм услышал звон кошелька, прежде чем Лукарни сошел на берег. Четверо его людей остались на пристани следить за тем, чтобы судно не отчалило, и они направились в Крысиный Круг в сопровождении пары охранников Орсены. Оба были похожи на Гайма ростом, а их оружие пряталось под длинными плащами, из-за чего они напоминали движущиеся стены, когда окружали стройную фигуру Ультрии.

"Мы должны поторопиться с нашими делами, - заявил Лукарни, шагая вперед сквозь туман. "Задерживаясь, мы только привлечем нежелательное внимание".

"Кто-нибудь вообще может увидеть нас в этом?" спросила Орсена, проводя рукой перед лицом.

"Нас уже заметили", - заверила ее Ищейка, вглядываясь глазами заклинательницы зверей в смутные очертания крыш над головой. Она держала лук в руке, но еще не наложила стрелу на тетиву.

"Они намерены применить насилие?" спросил ее Гайм.

Черты лица Ищейки дрогнули, а глаза продолжали шарить по сторонам. "Пока нет. Просто наблюдают, как львы за стадом". Она бросила короткий взгляд на Лиссу, и каракал, издав предупреждающее шипение, бросился карабкаться по ближайшей стене. Спустя мгновение ее длинная и легкая фигура исчезла в верхней части тумана.

"Она предупредит, если львы проголодаются", - сказала Ищейка.

Они шли за Лукарни по тесным извилистым улочкам, по пути встретив не более дюжины человек. Большинство из них сидели на углах или шатались, либо были слишком пьяны, либо одурманены наркотиками, чтобы обратить внимание на необычных посетителей. Однако Гайм заметил, что несколько человек смотрят на них с пристальным, молчаливым вниманием, стараясь держаться в тени. В свое время он побывал во многих трущобах, но лишь немногие из них обладали такой аурой постоянной и надвигающейся угрозы.

В конце концов Лукарни остановился на перекрестке пяти улиц, где стояла очередь изможденных людей с ведрами в руках, ожидавших своей очереди у водокачки. При виде магистрата многие резко забывали о своем занятии, разворачивались и быстро исчезали на соседних улицах. Другие задерживались, чтобы поглазеть на новоприбывших, с нервными или откровенно враждебными лицами. Лукарни, не обращая на них внимания, направился к сгорбленной фигуре человека, сидевшего у подножия низкого каменного возвышения, на котором стоял водяной насос. О его занятии свидетельствовала пустая жестяная кружка, стоявшая рядом с босыми ногами. Если бы не слабое покачивание головы нищего, когда Лукарни наклонился, чтобы обратиться к нему, Гайм мог бы принять его за недавно скончавшийся труп, настолько грязным и безжизненным он выглядел. Он не расслышал слов, которыми обменялись нищий и судья, но, должно быть, они имели какое-то значение, потому что Лукарни бросил в чашку нищего медный треугольничек, прежде чем выпрямился и присоединился к группе.

"Наша добыча сейчас находится в Царапинах, - доложил Лукарни, кивнув в сторону самой узкой из пяти улиц. "У нас есть время до заката, чтобы получить ответы на все вопросы. После этого наша безопасность не гарантирована".

"Вам требовалось разрешение нищего?" спросил Гайм, кивнув подбородком в сторону ссутулившегося худощавого мужчины у колонки.

"Во всех королевствах есть монарх", - пояснил Лукарни. "И он не больший нищий, чем я".