Если бы меч обладал всей своей демонической силой, удар, который он нанес, разрубил бы нападавшего надвое в области талии. Вместо этого он рассек только половину туловища, пробив сгнившие лохмотья и серую плоть и раздробив позвоночник. Гайм отшвырнул его ногой, задыхаясь от вони разорванных внутренностей. Существо упало на спину и сразу же начало биться, издавая звук, в котором смешались рвотные позывы и шипение, вырывающиеся из его разинутой пасти. Однако внимание Гайме привлекли его глаза, их изумрудное сияние было ярким, но все равно каким-то уродливым, полным ненависти.

"Упыри!" гаркнула Ищейка, шагнув вперед, чтобы полоснуть шею твари своим ножом с длинным лезвием. Когда лезвие отделило голову от тела, свет в глазах замерцал и погас. Лишенное жизни существо превратилось просто в труп, который, судя по всему, принадлежал девочке лет тринадцати.

"Нет, - нахмурился Гайм. "Их глаза так не светятся. И ты видела, как они двигались. Упыри передвигаются неуклюже, они не прыгают. Это что-то другое".

Отчаянный, затихающий предсмертный вопль человека привлек их внимание. Гайм завернул за угол и обнаружил Ансельма в одиночестве возле тела своего наполовину съеденного боевого коня. Тела его воинов лежали вокруг него, страдая от внимания еще нескольких зеленоглазых фигур. Меч Ансельма метался из стороны в сторону, пока он отбивался от группы из пяти человек в разной степени разложения, одетых в промокшие, истлевшие рыбацкие одежды. Как и у девушки, которую убил Гайм, их глаза горели жгучим зеленым огнем.

Бросившись вперед, Гайм отрубил голову существу, деловито вгрызавшемуся в горло убитого солдата, а затем отрубил ноги коренастой женщине, напавшей на Ансельма. Когда она упала, он перевернул клинок и вонзил острие ей в лоб, удовлетворенно хмыкнув при виде того, как зеленое свечение затухало и исчезало в ее глазах.

"Голову, милорд", - крикнул он Ансельму, когда рыцарь вонзил свой меч в грудь крупного мужчины с одной рукой и кучей кишок, свисавших из его живота, как клубок серых змей. Однорукий застыл и упал, когда стрела Ищейки пронзила его от затылка до носа.

"Надо отрубить ему голову, - добавил Гайм, пробивая себе путь к Ансельму. Даже лишенный демонической магии Безымянный Клинок оставался острым как всегда, хотя для того, чтобы разрубить три черепа подряд, требовалось гораздо больше усилий, чем обычно. Оставшиеся два существа, по-видимому, взбешенные таким вмешательством, оторвались от своего пиршества и набросились на Гайма и Ансельма с хищным шипением. Оба пали от стрел Ищейки прежде, чем оказались в пределах досягаемости мечей.

"Они просто... появились, - запинаясь, пробормотал Ансельм, вытирая с лица брызги темной крови. "Поднялись из травы. Мои люди..." Он уставился на трупы, разбросанные по земле, прежде чем повернуться к своему боевому коню. "Моя лошадь".

Услышав сиплый хор, доносящийся со стороны ближайшего леса, Гайм увидел, как из тени деревьев отделилась еще дюжина фигур. Поначалу они приближались медленно, их уверенная походка и слегка сгорбленная грация являли хищный контраст с массой тварей, с которыми Гайм и Ищейка сражались в Проклятии. Все глаза мерцали одинаковым переливчатым сиянием, это позволило Гайму определить расстояние, несмотря на сгущающиеся сумерки. Справа зеленое сияние озарило берег, когда на него из воды вышли новые фигуры.

"Ты была права, - пробормотал Гайм, поворачиваясь к Ищейке, когда та подошла к нему, наставив лук на приближающегося врага. "Они прячутся в озере днем, а на закате выходят, чтобы забрать новые жертвы".

"Кто они?" выдохнул Ансельм. Несмотря на то, что рыцарь явно пытался справиться с двойными недугами - ужасом и потрясением, он не побежал. По крайней мере, он не трус, подумал Гайм с невольным восхищением.

"Это нечто, выходящее за рамки моего опыта", - честно признался он Ансельму. "В настоящее время у нас недостаточно людей, чтобы сражаться с ними. Я предлагаю как можно скорее отступить в крепость, милорд".

Он увидел, как на лице рыцаря отразилось гордое нежелание, прежде чем тот скорчил гримасу и кивнул. Однако, начав отступать вместе с Гаймом и Ищейкой, он приостановился: глаза его расширились, когда он разглядел среди приближающейся орды одну особенную фигуру. Она была выше остальных и одета в солдатскую бригантину, хотя и порванную от плеча до бедра.

"Агинор?" спросил Ансельм, делая непроизвольный шаг вперед.

"Стоять!" Рявкнул Гайм, хватая рыцаря за руку.

"Но я знаю этого человека, - возразил Ансельм. "Он ходил под знаменем моего отца, как и он шел под моим..."