«Лексий». Гайм встал на пути ученого, сохраняя мягкий тон. «Мы не можем оставаться здесь. Послушай свою жену». Он указал на светящийся клинок на поясе Лексия. «Услышь ее голос. Я знаю, что ты можешь...»

«Ты ничего не знаешь!» Лексий отступил от него, его увеличенный взгляд был полон злобной антипатии, которую Гайм считал непостижимой для ученого. «Кровь, резня и страдания — это твоя единственная область. Ты даже не представляешь, что скрывается в этом месте. Ты грязный Разрушитель. Дикарь!»

«Успокойся, мой друг», — успокаивающе произнесла Орсена, подойдя к Лексию с поднятыми руками. «Ты не слышишь своих собственных слов…?»

«Уйди от меня!» Зуб Кракена запылал белым огнем, когда он вытащил его, направив лезвие на Орсену. «Ты нечеловеческое создание! Твои слова ничего не значат. Бред куклы, которой дали извращенную жизнь. Как бы ты ни пыталась подражать нам, ты никогда не будешь такой, как мы...»

«Хватит!» — прорычал Гайм, вытаскивая Безымянный Клинок. «Опусти свой меч, Лексий».

Ученый замахнулся Зубом Кракена на Гайма, обнажив зубы в зверином оскале. «Не пытайся мной командовать, дикарь! Всю свою жизнь я терпел приказы таких, как ты, но больше не буду!» Пот выступил на коже Лексия, когда он начал отступать. «Ты не отнимешь это у меня!» Зуб Кракена теперь пульсировал, лезвие то тускнело, то вспыхивало.

Она сражается с ним, доложил Лакорат. Если бы она этого не сделала, он, скорее всего, уже сжег бы вас всех дотла. На этот раз выбора нет, мой повелитель. Ударь быстро, пока он не сломил волю колдуньи.

Гайм слышал искреннюю мудрость в словах демона, но не мог действовать. Он прошел такой долгий путь с этим маленьким человеком блестящего ума. Уничтожить его жизнь сейчас было бы худшим из преступлений Гайма, а их было много. Некромант, конечно, не испытывал таких угрызений совести. Прижавшись к противоположной стене библиотеки, молодой рыцарь начал обходить ученого сзади, и в его светящихся зеленом глазах явно читалось зловещее намерение. Лексий, хорошо ощущавший опасность, почувствовал уловку Некроманта и развернулся, чтобы противостоять ему. Свет Зуба Кракена стал ослепительным, воздух нагрелся от приближающегося разряда молнии.

Вынужденный прикрыть глаза от яркого света, Гайм услышал пронзительную какофонию. Но это был не знакомый треск разрываемого воздуха, а гораздо более человеческий звук. Он заполнил библиотеку, принося с собой боль. Гайм прижал руки к ушам, чтобы избежать навязчивого шума, но не смог полностью заглушить тот ужасный груз страдания, который услышал в этом звуке. Когда все, наконец, закончилось, смолкнув с такой внезапностью, что это было похоже на удар, Гайм почувствовал, как его собственные крики замерли в горле, а крики его товарищей затихли вокруг него. Когда он с трудом открыл глаза, то оказался в темноте. Подняв Безымянный Клинок, он осветил голые стены, покрытые влажными разводами. Никаких книг. Никаких сверкающих люстр, только пустая комната, в которой пахло гнилью.

Все это была иллюзия, подтвердил Лакорат. Настолько сильная, что даже меня обманула.

Тихий плач привлек внимание Гайма к Лексию. Ученый стоял на коленях, держа в руках Зуб Кракена. «Прости», — говорил он мечу, рыдая и дрожа всем своим хрупким телом. «Прости меня...»

«Кто нарушает наш покой?»

Резкий вопрос заставил Гайма вскочить на ноги и резко повернуться лицом к источнику звука. В центре комнаты стояли три женщины, каждая из которых смотрела на него с выражением царственного раздражения. Он сразу понял, что они призраки, хотя и выглядели вполне реальными. Хотя их лица были разными, у всех была одинаковая аристократическая красота черт. Их элегантные простые одежды были украшены брошами, изготовленными в виде имперского герба Валькерина.

«Кто оскверняет наш дом неблаговидными чарами?» — спросила женщина в центре троицы. Она была высокой, ее черные волосы были заплетены в тугие косы, которые змеились по алебастровой шее и плечам. Брошь и ее властный тон не оставили у Гайма сомнений в том, кем она может быть.

«Приносим извинения за это вторжение, императрица», — сказал он, низко поклонившись. «Чары не наших рук дело. Это была ловушка, поставленная на нашем пути...»

«Демоном», — прервала его другая призрачная императрица. Ее волосы были яркого рыжего цвета, который прекрасно сочетался с сапфирово-голубыми глазами. Однако ее голос был идентичен голосу ее черноволосой спутницы. «Мы знаем. Его зловоние витает в нашем доме. Мы спросили о его личности. Наш сон очень дорог нам. Мы не любим, когда нас будят без разрешения, и хотим, чтобы он был за это наказан».

Будь осторожен с этими тремя, посоветовал Лакорат. Я чувствую, что здесь задействовано гораздо больше силы, чем обычно бывает у простых призраков.

«Он известен как Осквернитель», — поведал ей Гайм, снова поклонившись. «Мерзкое существо, посланное на эту землю, чтобы сеять ужасное разрушение. Миссия этой компании — предотвратить это».