— Вот видишь, — заржал напарник. — Хорошая порка вправит механикам мозги! Ленивые свиньи подставляют весь экипаж!

О том, что они поступали точно так же с датчиками, приятели даже не подумали. Через несколько пройденных узких технических лазов они вышли в основной коридор, где встречались другие члены экипажа.

В отличие от захваченных рабов, наёмники могли свободно перемещаться и получали кредиты за свою работу. Все Легионеры были офицерами и считали ниже собственного достоинства возиться с чернью, отчего дисциплина находилась в отрицательных значениях.

Полёт к планете с идиотским названием Земля длился около недели, и за это время новенький военный корабль успел превратиться в настоящий свинарник. Никто не хотел заниматься уборкой, а прежних членов экипажа не выпускали в общие коридоры, заставляя трудиться в подсобных помещениях. Какая-то чистота поддерживалась на офицерском уровне, обычные свины ходили по шуршащим обёрткам и матерились из-за разбитых бутылок.

Окхэн понимал ненормальность происходящего, но в рот он имел что-то с этим делать. Первый принцип любого уважающего себя наёмника — инициатива имеет инициатора.

Поговаривали, будто у примкнувших к ним пиратов дела обстояли получше, Окхэн не рвался проверять. О союзниках ходили весьма противоречивые слухи, и от большинства щетина вставала дыбом. Не, лучше жить в привычной грязи, драться с другими техниками за мясо и отсыпаться в тёмных углах, чем рисковать в поисках лучшей доли. Их и тут неплохо кормят, когда не кричат из-за сломанных датчиков.

Рано или поздно им обязательно заплатят, и они вдоволь повеселятся на захваченной планете. Многие пальмирцы вообще отправились в поход за безлимитными рабынями и вкусной едой.

Вспомнив фотографии землянок, свин невольно пустил слюну, заляпав и без того грязный комбинезон. Грудастые красавицы с гладкой кожей без единой шерстинки — настоящий эксклюзив! И их там миллиарды, хватит вообще всем!

Приятные мысли помогали Окхэну не замечать усиливающийся бардак и не слышать трёпа Окзона. Приятель в тысячный раз рассказывал историю, как он обыграл Легионера в карты, а тот вместо выплаты долга двинул ему в рыло.

— Нет, ты представляешь! Он весь покраснел, вскочил, фишки разбросал и как замахнулся! Я сначала хотел его уложить, так он же Легионер, меня бы за него в люк выкинули… смотри, куда прёшь, образина бухая!

Вскоре к разбросанному по полу мусору присоединились валяющиеся тела. Некоторые свины ещё держались на ногах. Заметив новичков, они пытались подойти шатающейся походкой и стрельнуть бухло, поскольку сами всё выпили. Приятели не зря оставили фляги с самогоном в надёжном месте, они сдвинулись плотнее и успешно отбивались от жалких пьянчуг.

Перед входом в столовую Окхэн рефлекторно задержал дыхание. Жара из-за сломавшейся системы вентиляции и вонь от разлагающихся объедков разъедали глаза. Бедные рабы, проводившие тут всё время. Не повезло им оказаться слабее, чем благословенные Владыками свиньи…

Почти все столы были заняты грязной посудой или храпящими тушами. Осторожно пробираясь между спящими товарищами, приятели подняли с пола относительно целые миски и подошли к окну раздачи.

— Наваливай похлёбку, и смотри не жалей мяса! — заорал он на дрожащего ящера. Ему ещё повезло, у него практически отсутствовало обоняние. — Слыхал? Ваше правительство бросило вас! Никто вас не спасёт! Вы навечно останетесь прислуживать нам!

— Да нахрена они нам нужны? — нахмурился Окхэн. — Когда прилетим на Землю, выкинем их и заменим на грудастых красавиц! Заставим их работать голыми и будем брать в любой момент!

— Хрю! Да это же гениальная идея! Иди сюда, брат! — Окзон набросился на товарища, мощно оттарабанив его по спине. — Нужно предложить руководству, но сначала пожрём! Эй, ты чего возишься? Давай двойной паёк!

— Не положено! Офицер сказал ограничить раздачу, запасов слишком мало, нам отказываются продавать биоматерию… — залепетал ящер в ошейнике.

— Плевать я хотел на жалкие оправдания! — Свин схватил поднос и с размаху ударил им раздатчика. — Немедленно давай мне мясо, иначе я тебя сожру!

Их свара привлекла внимание ближайших сородичей, и те пошли на выручку товарищам (и заодно потребовать себе еды). Ящеру не хотелось быть съеденным, и он отдал кастрюлю, предназначенную для офицеров, здраво рассудив, что или его точно побьют сейчас, или он попробует свалить вину немного позже.

Окхэн и Окзон мигом стали героями, их позвали за большой стол и выдали по бутылке самогона. Сожрав по три миски первоклассной мясной похлёбки и как следует налакавшись, они чуть было не присоединились к другим храпящим тушам. На ногах их удержали сила воли и мысль об оставленных в техническом закутке флягах.