Шесть сердец ударили одновременно. По арене прошла волна, а барьер снаружи сменил красный цвет на черный.

Каргаш собрал всю мощь в правой руке. Пальцы срослись, кость вытянулась, и конечность превратилась в копье. На наконечнике вспыхнуло пламя, которым однажды прожгли защиту древнего мира.

— Смотри внимательно, Охотник! — проревел Каргаш, отводя копье назад. — Так погибнет твой Орден!

Человек не сдвинулся, даже руки не вытащил из карманов.

Каргаш ударил. Так, как не бил никогда ранее, вкладывая в этот удар даже частичку своей души, чтобы он вышел посильнее.

Копье прошло через арену быстрее звука. Песок разошелся широкой бороздой, купол выгнуло наружу. Вся сила шести тел собралась на кончике.

Попал! Лицо Охотника начало распадаться. Частицы плоти поднялись с кожи и растворились в синем свете. Следом исчезло плечо, и по груди пошла рябь.

Каргаш победно оскалился. Получилось!

Он пробил защиту Великого Охотника одним ударом. Убил Сандра на его же планете. Скульптор назовет его имя перед всей Ратью. Васбагор с Рексаем склонят свои головы.

Внезапно синяя вспышка ударила ему в глаза. Каргаш ослеп. Радость продержалась несколько мгновений, а потом пришла боль. Та рука, которой он бил, исчезла до плеча.

Каргаш отшатнулся и попытался восстановить конечность. Энергия послушно пошла к ране, уперлась в чужой след и сгорела.

Затем зрение вернулось к нему. Охотник стоял на прежнем месте. Целый. Синяя пыль вокруг него оседала и втягивалась обратно в защиту.

Каргаш понял. Он принял внешний слой ауры за плоть. Его лучший удар снял первую оболочку и растворился. Человек же достал руки из карманов. Теперь Каргаш увидел силу и пришло осознание. Такого быть не может! Его сила не давила на арену, не растекалась по барьеру. Вся она находилась внутри и ждала, пока хозяин разрешит ей двигаться. Так держат заряженное орудие в крепости, где стены построены вокруг ствола, вот только орудий там были тысячи, и каждое успело выстрелить столько раз, что память об убийствах стала частью металла.

Охотник поднял голову.

— Значит, будете резать нас, как собак, и кормить нами низших темных богов? — спросил он, медленно растягивая губы в оскале. — Я правильно услышал?

Каргаш попятился. Сандр не мог обладать такой силой. Его душа описывалась иначе. Океан, спрятанный в человеческом теле. Здесь же стояло существо, которое не прятало ничего. Оно просто удерживало себя, чтобы случайно не разнести арену.

— Ты… — Каргаш выставил уцелевшие руки и начал открывать якоря. — Ты не Сандр!

Синие знаки перекрыли все выходы раньше, чем он закончил.

— Наблюдательный, — сказал Охотник, делая первый шаг.

— Но здесь должен быть один Охотник! — Каргаш собрал силу в груди и отступил к стене. — Этот мир не выдержит второго! Ведь ты…

Договорить он не успел. Охотник исчез, а затем… Ладонь легла Каргашу на лицо. В тот же миг шесть его сердец сбились с ритма. Общая основа, которую он веками делил между аватарами, сжалась в одну точку. Внешние якоря погасли. Связь со Скульптором оборвалась так легко, будто ее перерезали обычным ножом.

Каргаш попытался ударить, но его тело не слушалось. Пальцы Охотника держали кожу. Сила держала всё остальное — память, божественную основу и каждую частицу, из которой можно восстановить аватар. Внутри него впервые поднялся настоящий ужас.

Каргаш соприкасался с Верховными Сущностями, стоял рядом со Скульптором. Он слышал голоса тех, чьи имена разрушали слабые души. Но ничего подобного он раньше не встречал. Возможно, потому что не был так близок к смерти, как сейчас, и не мнимой, а настоящей, где даже душа не найдет своего пути на перерождение.

Охотник мог раздавить его прямо сейчас и даже не заметить потери энергии. Хуже того, он пока этого не делал. На дне чужой силы сидело веселье человека, которому очень понравилась угроза.

— Пойдем, разговорчивый, — произнес Охотник, крепче сжимая пальцы. — Братьям тоже нравятся свежие анекдоты.

Пространство раскрылось синевой. Каргаша протащили через переход лицом вперед. Миры мелькнули за долю мгновения. Чужая рука не отпускала, а его тело уменьшалось, пока снова не приняло человеческий размер. Охотник сжал божественную основу так, чтобы она поместилась в оболочку.

Каменный пол встретил Каргаша жестко. Он прокатился несколько метров, затем ударился плечом о лавку и замер.

Вокруг сидели люди. Длинный зал, простые столы, такие же лавки. Мужчины ели из широких мисок, переговаривались и передавали друг другу хлеб. Одеты многие были как обычные рабочие. У одного рукава закатаны до локтей, второй пришел в комбинезоне, третий держал ложку рукой, покрытой свежей каменной пылью.

Каргаш поднял свой взгляд. Люди перестали есть, правда, не все сразу. Сперва ближайший стол, потом следующий. Кто-то продолжал жевать, рассматривая гостя. Старик с густой бородой придвинул миску подальше, чтобы Каргаш случайно не испачкал обед.