Я оставался без секса — не спал ни с кем за эти годы после него, — потому что хотел оставаться злым. Я боялся, что влюблённость в кого-то в колледже притупит мою ярость, и если я вернусь, делая вид, что ничего не было, то как я смогу доверять себе, что больше никогда не позволю кому-то вытирать об меня ноги?

Мне нужно было доказать, что каждый платит цену, поэтому я делал всё необходимое, чтобы сохранять остроту.

Но колёса начали вращаться, и теперь я перерос его. Я получил то, что хотел — я бросил себе вызов и подтвердил, что моё сердце стало жёстче. Он больше не контролирует меня. Я повзрослел.

Это не значит, что он не вернётся в мою постель, когда я захочу. Он всё ещё должен мне.

Оглянувшись, я вижу, что его машина стоит на парковке, но Анна-Кэтрин позвонила мне час назад, чтобы сообщить, что их день закончился. Думаю, ему не нравится оставлять её здесь одну, и он хочет убедиться, что я знаю: она может уйти, когда будет готова.

Но этот непрошеный голос вползает в мою голову, шепча, что, возможно, он не против случайной встречи. Что он приглашает меня прийти за ней, чтобы я мог заглянуть в его глаза.

Волнение всё ещё живёт во мне, как и всегда. Несмотря на то, какой он мудак. Несмотря на то, сколько раз я уже прокрутил в голове те часы в постели с ним в пятницу вечером.

Надо отдать ему должное. Его энтузиазм — хорошая игра. Я почти поверил, что ему понравилось. Хотел бы я, чтобы не верил. Он достаточно высокомерен, чтобы думать, что хороший секс сделает меня сговорчивее. Но это не так.

Я просто рад, что он не давил насчёт Софии. Похоже, он видел её паническую атаку. Не знаю, видел ли он, как я пел ей, но я не могу позволить ему найти способ использовать её против меня.

Несколько оставшихся учеников направляются к своим машинам, я иду по внутреннему дворику, шкафчики захлопываются.

— Почему ты одет как зимой? — дразнит маленький голос.

Опустив взгляд, я замечаю Саванну Уинслоу с ноутбуком и книгой в руках. Её сумка висит на плече. Её длинные каштановые волосы — волна свободных локонов, а веснушки красиво покрывают лицо. Я знаю её с рождения.

— Чёрное подходит моему настроению, — говорю я.

— Не то чтобы это не выглядит отлично, — объясняет она, — но покажи руки, парень.

Я усмехаюсь. Да, короткие рукава — то, что нужно. И шорты.

Но сегодня я оделся скромнее, работая из дома, и всё, что у меня есть на лето, — синее или белое. Чёрное и длинные рукава выглядят более устрашающе. Для моего отца, если он появится. Для Далласа. Для моих друзей.

Мне нужно купить одежду. Чёрные спортивные штаны, поло и толстовка на молнии сидят хорошо, но я, блядь, изнываю от жары.

— Как твоя сестра? — спрашиваю я.

Мне всё равно. Я не разговаривал с Остин с выпускного, но именно так Саванна меня и помнит — парня, который встречался с её сестрой две секунды.

— Она выходит замуж, — вздыхает она.

— Передай ей мои поздравления.

Повисает тишина, пока она идёт рядом со мной. Я направляюсь к башне школы, где находятся административные офисы. Она не может пойти за мной.

Когда я снова смотрю вниз, она кривит губы в сторону. — Они будут жить здесь зимой.

Её энергия заставляет меня замедлиться. — Он тебе нравится?

— Не так сильно, как мне бы понравилось, если бы ты женился на ней, — говорит она мне.

— Это не было серьёзно.

Остин была одной из многих девушек, с которыми я флиртовал, когда пытался доказать, что мне нравятся женщины. Мы целовались. Я ласкал её. Но прошло ещё несколько лет, прежде чем я столкнулся с тем фактом, что женюсь ради детей и рождественских открыток, но удовольствие буду находить в постелях скрытных мужчин.

Она идёт в ногу со мной, но её глаза устремлены в пол.

— Ты в порядке? — спрашиваю я.

Взглянув на меня, она спрашивает: — Как думаешь, я похожа на неё?

На Остин?

— Жаль, что мне не будет восемнадцати ещё тридцать месяцев, — продолжает она. — Если бы я могла сказать людям, что встречаюсь с тобой, это дало бы мне немного пространства.

Я останавливаюсь и поворачиваюсь к ней. — О чём ты говоришь?

Ей же, типа, пятнадцать. Зачем ей парень-прикрытие? Будто она пытается отпугнуть ухажёров или что-то в этом роде.

Она качает головой. — Ни о чём. — Она отступает, направляясь обратно, откуда мы пришли. — Пока!

Я открываю рот, чтобы остановить её, но она быстро исчезает за углом.

Какого чёрта это было?

Но воображение быстро начинает работать. После Софии я понял, что сама ткань этого города разорвана ложью, хищниками и безнаказанностью. Я не знаю, получает ли Саванна нежелательное внимание от будущего зятя или она знает о «Комнате Вульфа», или и то, и другое. Наши родители думали, что они так хорошо скрывают свою развращённость, но мы все знали, что происходит.

И меня осеняет мысль.

Мы могли бы построить общежития за год. К тому времени, как она станет старшеклассницей, она сможет жить в школе, подальше от взрослых. А затем она уедет в колледж.

Я потираю челюсть. — Блядь.

Это хорошая идея.