После зоомагазина мы сделали еще несколько остановок. В магазин для хобби за краской и свечами, затем в продуктовый за дешевыми керамическими тарелками. Закупившись под завязку, мы с Алексом отправились арендовать складской бокс в одно из тех мест, что представляют собой бесконечное море оранжевых дверей.

Я оплатил месяц аренды наличными, назвавшись левым именем, и заверил менеджера, что мы съедем гораздо раньше. На самом деле я не планировал пользоваться им после сегодняшнего дня, но подстраховаться никогда не помешает. Алекс проехал вдоль рядов длинных низких зданий, пока мы не нашли бокс C17 примерно на середине ряда.

Пока мой друг возился с замком, я сгреб пакеты и беззаботно насвистывал, делая вид, будто мне глубоко плевать на камеры видеонаблюдения, которые, я точно знал, сейчас нацелены прямо на нас. Ворота бокса с грохотом поползли вверх, слишком громко в этом тихом месте. Мы дружно зашли внутрь небольшого квадратного помещения и опустили за собой железную дверь.

В этом бетонном мешке не было окон. С потолка уныло мигала пара люминесцентных ламп, заливая пустую комнату тошнотворным желтоватым светом.

«Знаешь, я искренне надеюсь, что мы не спалим это место к чертям собачьим», — заметил Алекс, пока мы раскладывали наше добро. Если опираться на исторические факты, то локациям, принимавшим наши сеансы призыва, обычно неслабо прилетало. Лилит устроила пожар на первой, а Заган разнес в щепки большую часть второй.

«Не сцы, прорвемся», — успокоил я его, хватая банку с черной краской и валик. «На этот раз мы, для разнообразия, вызываем того, кому понравимся. Ну… больше, чем обычно».

«Мы никому не нравимся».

«И то правда», — проворчал я, макая кисть в краску и начиная набрасывать грубый круг по центру комнаты. Идеально ровным ему быть не обязательно: главное, чтобы края сошлись, и норм. В процессе покраски я продвигался вперед на карачках, следя, чтобы радиус круга получился достаточно большим и внутри мог без тесноты поместиться человек.

«Кажется, будто целая вечность прошла с тех пор, как я учил тебя это делать», — заметил Алекс, доставая из упаковки четыре тарелки. «А теперь ты малюешь тут, даже не удосужившись сказать мне, кого именно мы призываем».

«Ну, на то есть веская причина», — крякнул я, поднимаясь, чтобы оценить свои малярные художества. «Если бы я сказал, ты бы тут же начал ныть, что это паршивая идея».

Черный круг сожрал добрых две трети комнаты, оставив нам вполне приличный запас пространства, чтобы маневрировать вокруг, не нарушая приличий.

Закончив, я потянулся мыслями к теплой, яркой силе Уиллоу. Дух Фэйри откликнулся на мой зов охотно и радостно, словно возбужденный щенок. Вокруг моих ладоней нимбом вспыхнуло пламя, залив комнату приятным, уютным светом.

Помня о том, что у Уиллоу здесь, в мире смертных, запас силы ограничен, я направил в огонь немного своей воли, послав струю огня вниз, к кольцу, мгновенно высушив краску. Не было смысла рисковать — вдруг что-то размажется.

«И насколько сильно я пытался бы тебя остановить?» — спросил Алекс, когда я закончил.

«Ну, давай оценим это баллов на семь из десяти».

Между нами повисло напряженное молчание. Алекс перевел взгляд на темное кольцо, потом снова на меня. Я выдавил слабую улыбку и пожал плечами. Это необходимо сделать. Он сам все поймет, когда увидит.

«По крайней мере, на этот раз ты не сможешь винить меня, если что-то пойдет не так», — бодро резюмировал он. «Куда ставить посуду?»

Следуя моим инструкциям, он расставил три тарелки по периметру круга, а четвертую — в центре.

Переступив черту в последний раз, я вытащил темный атам — тот самый ритуальный кинжал, которым убили Марию, — и аккуратно положил его на центральное блюдо. В руках он ощущался ледяным, причем даже для меня — человека, привыкшего к прикосновению Смерти.

На двух других тарелках по бокам мы установили и зажгли свечи из черного воска. Их аромат официально именовался «Изысканное красное дерево». По боксу пополз густой древесный запах, хотя он был куда менее приторным, чем яблоки с корицей, которые мы жгли, когда вызывали Лилит.

Наконец, я уселся, скрестив ноги, перед последней, пока еще пустой тарелкой и извлек на свет божий дохлую мышь, купленную в зоомагазине. Вообще-то этот товар предназначен для чудиков, которые держат дома змей, но сегодня тушка сойдет за отличное угощение совсем другого рода.

Технически все эти принадлежности не обязательны для призыва сверхъестественного существа. Они просто упрощают набор номера. Это как вводить код города, даже когда в этом нет строгой необходимости.

Расправив плечи, я в последний раз окинул взглядом круг призыва, проверяя, не упустил ли чего. Сами по себе эти штуки устроены проще некуда: круг — одна из самых базовых геометрических фигур. Любой карапуз нарисует. Вот только карапузы обычно не используют их для удержания чертовщины, способной сожрать тебе лицо. Так что пара лишних минут на технику безопасности явно не помешает перед тем, как лезть в бассейн к акулам.