В любом случае, это немного отвлекало. Алекс не был таким нефилимом, как Орион, но все равно был сильнее и быстрее меня. К тому же за его плечами был целый век или два тренировок. Поэтому я, естественно, жульничал, когда мог.

"Что ты собираешься делать, когда окажешься в бою с каким-нибудь древним существом, не говорящим по-английски?" - спросил Алекс, делая ложный выпад мне в живот. Я отступил в сторону, держа свой клинок в воздухе между нами. Наши клинки несколько раз мелькнули в быстром обмене, пока Алекс продолжал атаковать. В его тренировках появилась настойчивость, которой не было раньше. Когда тебя режет демон, это не может не сказаться.

"Я знаю шутку на латыни", - сказал я, воспользовавшись моментом, чтобы выполнить серию выпадов, которые мой друг легко отбил, когда мы начали кружить друг вокруг друга. Наши взгляды встретились, и я почувствовал, как на моем лице появилась улыбка, отражающая его. Бой на мечах - это искусство. Это разговор - или, может быть, точнее, спор. И ты, и твой противник отстаиваете свою точку зрения острием клинка. Мне предстояло еще многому научиться, прежде чем смог бы считать себя хоть сколько-нибудь хорошим специалистом, но я наконец-то мог бегло говорить.

"О, это должно быть классно", - сказал он со стоном.

"Semper ubi, sub ubi!"(игра слов, шутка в англ. школах, где изучают латынь. Если буквально с латыни переводить - фраза бессмысленная. Но если перевести на английский, semper - always, "всегда" ubi - where, "где" sub - under, "под". Получится always where under where, созвучно always wear underwear, «всегда носи нижнее белье») закричал я, бросаясь в атаку. Я полоснул его по груди, предвидя, что он перехватит мой клинок. Когда он это сделал, я опустил свой меч вниз и шагнул через него влево, надеясь проскользнуть под оружием и оказаться внутри его защиты.

С проклятием Алекс опустил запястье и, отпрыгнув назад, выпустил свой клинок. Почувствовав уверенность, я шагнул в образовавшееся пространство и обрушил на его защиту шквал ударов. Алекс был быстр и силен, но я тоже учился у Охотника.

Алекс отступил от моего натиска, мы оба стали небрежны в пылу момента.

"Работа ногами!" - проревел Орион со стороны тренировочного круга.

Резким движением я подтянул свою стойку и увидел, как Алекс дернулся в ответ. Мы выглядели как пара провинившихся учеников, которых учитель поймал на уроке.

Конец наступил быстро, как это обычно бывает при насилии. Я нанес удар по левой руке Алекса и, почувствовав уверенность, стал добивать. Он отступил на несколько шагов, прежде чем ударить одной из своих длинных ног, зацепив мою ступню, когда я шагнул. Я пошатнулся, восстанавливая равновесие, но не раньше, чем нефилим сделал выпад, его тупой клинок уперся мне в горло.

"Всегда где под где?" - спросил он, имея в виду мою шутку на латыни. "О, святое дерьмо", - выругался он. "Теперь я это слышу! Ты действительно придумал каламбур на двух разных языках?"

"Ты только и делаешь, что жалуешься", - простонал я. "С каких это пор ты делаешь удары ногами?"

"С тех пор, как не хочу умереть из-за безумного падшего ангела", - ответил он, пожав плечами.

"Это действительно хорошая мысль. Покажешь мне еще раз эту штуку с пинками?"

Не успел Алекс продемонстрировать свой удар ногой, как у входа в тренировочный зал поднялась суматоха. В комнату ворвалась Эш, Леди Осень, со свитой, которой позавидовала бы любая знаменитость. Эш была одета по-боевому, в ярко-желтый тренировочный костюм, ее огненно-рыжие волосы были собраны в конский хвост.

Тренировочный зал представлял собой большую квадратную комнату со сводчатыми потолками. Это все еще был Голдхолл, поэтому стены были отделаны несравненным мрамором, все украшено золотыми завитушками. В центре комнаты находилась большая песчаная арена, на которой мы с Алексом проводили спарринги. Одна стена была полностью заставлена оружием: булавами, копьями, мечами и всем остальным. Другая стена была увешана зеркалами высотой в три моих роста, перед которыми можно было отрабатывать свои движения. Это была прекрасная комната, произведение искусства, достойное Леонида или какого-нибудь другого легендарного воина. Это было буквальное определение боевого искусства. Он заслуживал того, чтобы стать музеем и съемочной площадкой одновременно. Но все эти детали отходили на второй план.

Я смотрел только на нее.

Зеленые глаза Эш сверкнули внутренним огнем, когда она встретилась со мной взглядом через всю комнату. Озорная улыбка расплылась по ее лицу так же быстро, как вспыхнувшая спичка. Я почувствовал, как мои губы улыбнулись в ответ.

"Ты там, смертный, убирайся с песка", - прозвучал в этот момент насмешливый мужской голос. "Пришли те, кто лучше тебя".