"Полагаю, ты не откажешься продемонстрировать нам это?" Эш тихо выдохнула, в ее голосе слышалось фанатичное возбуждение. Она была похожа на завзятого спортивного болельщика, которому не терпится увидеть, как два легендарных игрока наконец-то встретятся лицом к лицу.

"Некоторые вещи лучше не демонстрировать", - мягко ответил он, впервые повернувшись к фехтовальщику Фейри. Оба мастера меча были неподвижны, как доски. Должно быть, неловко проводить время в одной комнате с человеком, которого ты уже пытался убить. Думаю, я бы предпочел провести время с бывшей девушкой. Правда, моя последняя девушка была в средней школе, но я все равно уверен в своем выборе.

"Конечно", - ответила Леди Осень, снова поклонившись. "Простите меня, мастер Охотник, я забыла о своих манерах".

Орион отмахнулся от ее извинений взмахом руки. "Не стоит, Ваше Высочество. Вы не ошибаетесь - это было бы, конечно, зрелище".

На этот раз я был уверен, что хищная усмешка тронула уголок его рта. Легкий шепот возбуждения пробежал у меня по затылку. Зов охоты был частью того, кем он был, плотской потребностью, которую он не мог игнорировать.

"Вы не прогуляетесь со мной, сквайр Карвер?" спросила Эш, повернувшись ко мне. "Я с удовольствием покажу вам свой дом, если вы найдете возможность вписать меня в свой плотный график".

Я почувствовал, что у меня пересохло во рту, когда ее зеленые глаза встретились с моими. Кто, черт возьми, запустил всех этих бабочек в мой живот?

"В последнее время я не очень-то слежу за своим расписанием", - сказал я, повернувшись, чтобы посмотреть на своего "слугу". "Как тебе старый график, Алекс? Как думаешь, мы сможем выкроить немного времени для Ее Высочества?"

Алекс секунду тупо смотрел на меня, его лицо было непонимающим и невеселым.

Эш издала самый недостойный смешок, наблюдая за нашим обменом репликами. Это было мило.

"Ну, посмотрим", - сказал Алекс, держа руки перед собой, как в книжке понарошку. "У тебя сон в два часа дня". Он заговорщически наклонился к Эш и театрально прошептал: "Ему действительно не стоит пропускать это время, Ваше Высочество, он становится очень раздражительным..."

"Похоже, у меня есть время", - сказал я, проходя мимо Алекса и прерывая его, прежде чем он успел закончить. Я не хотел, чтобы весь мой авторитет улетучился за дверь после того, как я приложил все усилия, чтобы избить повелителя фейри, чтобы заработать его.

"Я рада, что у тебя все получилось", - сказала она, подходя ближе и беря меня за руку. Меня пронзила дрожь, похожая на электрический разряд, но гораздо более приятная, когда я почувствовал, как ее рука прижалась к моей. Несмотря на то, что она только что закончила интенсивную тренировку, ее рука не была горячей или влажной, что является настоящим волшебством. "Пойдем со мной, и я покажу тебе чудеса, которые может предложить Голдхолл".

Вскоре после начала экскурсии Леди Осени я понял, что был слишком суров в своих суждениях о Голдхолле. На позолоченные мраморные коридоры можно смотреть только до тех пор, пока они не станут аляповатыми и скучными. Человеческий разум может привыкнуть к чему угодно. Так, даже слишком много мороженого может надоесть.

Но настоящими сокровищами Голдхолла были не его стены, а буквально висящие на них сокровища. Фейри были одержимы искусством, и в их доме собралась коллекция, превосходящая по богатству Британский музей. Эш провела меня по коридорам, в которых присутствовали картины мастеров эпохи Возрождения. В одной из комнат стояло пианино, заколдованное так, чтобы вечно играть по кругу все утраченные произведения Шопена. Это было довольно круто, я думаю. Поскольку бессмертные фейри не могли создавать свои собственные произведения искусства, а только красть их, они были здесь.

Я полагаю, настоящий художник заявил бы, что бессмертие того не стоит, что он не может жить без своего искусства, своей страсти. Но все, что у меня есть, - это фальшивый диплом по английской литературе, и я думаю, что предпочел бы бессмертие. Видимо, трава всегда зеленее на другой стороне или что-то в этом роде.

Несмотря на все великолепие и блеск Голдхолла, Эш думала только об одном.

"А каков мир смертных?" - спросила она, когда мы проходили мимо пропавшего Пикассо, который, как мне показалось, висел на стене без охраны, как обычная картина.

"Что ты имеешь в виду?" спросил я, удивляясь. "Ты что, никогда там не была?"

"Я никогда не покидала Голдхолл", - сказала она мрачным тоном.

"Подожди, правда?"

"Мама говорит, что там слишком опасно. У нас слишком много врагов. Только Мэв бывала за пределами этих стен".

Я замолчал на мгновение, переваривая эту новость, пока мы шли, все еще держась за руки. Королева сказала мне, что хочет восстановить силу своего народа. Я не знал, что времена были настолько плохими, что она не позволяла своим дочерям выходить на улицу. Я не хотел оказаться в какой-то странной ситуации Рапунцель. К тому же, если она беспокоилась, что не может защитить своих дочерей, то как она могла защитить меня от моих врагов?