Сэм соскочила с шезлонга и рысью направилась к сестрам, прежде чем я успел ее остановить. Таня поднялась ей навстречу, и они тепло пожали друг другу руки. Немного поболтав, они зашагали прочь, держась за руки. Доун смотрела им вслед со странным выражением лица.

Интуиция подсказывала мне, что это может быть важно, поэтому я отложил это в системе своего мозга под рубрикой "Разное". Может быть, Глориана поймет, что это значит. Но демоны определенно разговаривали с ее дочерьми. Как бы ни отличалась Сэм от других демонов, которых я встречал, она все равно была сотрудником Ада.

Доун медленно перевела взгляд с удаляющихся спин сестры и посла демонов на меня. Ее голубые глаза смотрели пристально, как два ледяных кинжала. Теперь на лице не было фальшивой улыбки, только холодно-хитрое выражение. Это был взгляд хищника, решающего, насколько она голодна. Дрожь пробежала у меня по спине, несмотря на теплую погоду.

Доусон, несносный дворецкий, возник рядом со мной, словно вызванный взглядом своей хозяйки.

"Пора идти?" - догадался я, встречая пристальный взгляд Доун своим собственным, насколько мог.

"Немедленно. Вы слишком задержались", - сказал Доусон.

"Я еще даже не успел поплавать", - проворчал я, поднимаясь на ноги. Я не слишком расстроился из-за того, что меня выгнали. Мой план уже осуществился. Я попал на вечеринку Доун, чтобы вычеркнуть ее из своего списка, и у меня была информация для королевы. По меркам Плана Мэтта, сегодняшний день увенчался грандиозным успехом - в качестве бонуса никто не потерял душу и не умер. Но чутье подсказывало мне, что это только начало. Если я что-то и понял о демонах, так это то, что они всегда что-то замышляют. Так что же понадобилось посланнику Ада от Доун или Тани? У меня не было ни малейшей догадки, но выяснить это было моей задачей.

"Сюда, сквайр Карвер", - настаивал Доусон, жестом указывая мне на выход.

"Не волнуйся. Я знаю где выход", - сказал я, оставляя его за собой.

Глава 16

После этого социального кошмара у меня осталась одна принцесса, которую нужно было завоевать. Я собрал мозговой штурм на долгое совещание. Не знаю, почему я решил, что теперь ухаживать будет легче, чем раньше. У меня никогда ничего не получается просто так.

Алекс предположил, а Орион согласился, что если принцесса не приглашает меня на встречу с ней, то лучше найти органичный способ пересечься с ней, чем просто заявиться в ее резиденцию без предупреждения. Жаль, что он не указал мне на это до того, как я оскорбил 33,3 процента своих брачных возможностей, но что есть, то есть.

Робин был только рад помочь. Он рассказал мне, что Эш проводит много времени в тренировочных залах Голдхолла, занимаясь практически всеми боевыми практиками, известными человеку и зверю. Вооружившись этой информацией, я решил действовать по принципу мальчика из средней школы - навязчиво болтаться в одном месте до тех пор, пока не столкнусь со своей пассией. Хотя в данном случае моей "пассией" была королевская фейри, которую мне нужно было убедить вступить со мной в брак по расчету на выгодных условиях, а не Уитни с урока алгебры.

Без разницы.

Моя версия плана состояла в том, чтобы слоняться по оружейной, пытаясь выглядеть крутым и скучающим. Вместо этого я уворачивался от меча. Как только Орион услышал малейший намек на то, что в Голдхолле есть место для тренировок, он настоял, чтобы мы возобновили наш режим тренировок. По мнению нашего бесстрашного предводителя, застрять в Землях Фейри и ухаживать за принцессами фейри - не самое лучшее оправдание для оруженосца Охоты, чтобы бездельничать. Тем более после нашего не слишком удачного побега от Загана. Поэтому всю прошедшую неделю Орион выводил нас с Алексом на ринг, пытаясь влить в нас побольше своего боевого мастерства, что напоминало попытку пожарного гидранта наполнить знаниями два стакана.

Тренировочный клинок Алекса пронесся мимо меня, я увернулся и нанес ответный удар своим. Младший нефилим изогнулся быстрее, чем должен был, и поймал мою атаку острием своего затупленного меча. Его повязка была уже снята, благодаря крови нефилима, способной к ускоренному заживлению. Судя по напряженному выражению его глаз, я заподозрил, что он испытывал некоторую боль, размахивая клинком, но сражался как человек, выполняющий задание.

"Молодец", - воскликнул Орион, хлопнув в ладоши в подтверждение своей похвалы.

Легкая улыбка промелькнула на лице Алекса и исчезла так же быстро, как один из его молниеносных выпадов, от которого мне потребовалась вся моя скорость и сосредоточенность, чтобы уклониться.

"Молодец", - подразнил я Алекса, произнеся это более высоким тоном, чем у Созвездия. Бровь Алекса дернулась. Я думаю, мое постоянное непочтительное обращение с Орионом беспокоило его больше, чем он показывал. Это было похоже на то, как будто сам Майкл Джордан учил нас бросать мячи, но я продолжал подшучивать над ним вполголоса. Это было дико неуважительно, что является одним из моих самых привлекательных качеств.